Хаски и его учитель белый кот. Том 1

По какой-то причине в это мгновение этот Чу Ваньнин в его памяти наложился на того бессердечного человека, который в прошлой жизни так холодно смотрел, как умирает его ученик.

Почему Учитель, который сейчас говорит это, тогда стоял и праздно наблюдал, как умирает Ши Мэй?

Мо Жань вдруг осознал, что никогда не понимал Чу Ваньнина.

Он не мог не пробормотать:

— Учитель...

Чу Ваньнин, не обращая на него внимания, поднял руку и взял один из жетонов, сделанных из светло-желтого нефрита. Он осмотрел его со всех сторон, тихо хмыкнув.

— Что не так? — спросил Сюэ Мэн.

Чу Ваньнин ответил:

— На этом жетоне ничего нет.

— Как это может быть? — Сюэ Мэн был озадачен. — Позвольте мне попробовать.

Каждый из них выбрал один из четырех жетонов. Нефритовые жетоны Сюэ Мэна и Ши Мэя были такими же, как у Чу Ваньнина: на них не было написано ни слова. Когда Мо Жань перевернул свой жетон, его глаза расширились:

— Сосуд для Древнейшей Воды?

Остальные трое одновременно посмотрели на него. Сюэ Мэн нахмурился:

— Что еще за «Сосуд для Древнейшей Воды»?

Мо Жань ткнул пальцем в надпись:

— Тут так написано.

Сюэ Мэн подошел, чтобы взглянуть, и тут же сердито воскликнул:

— Тут написано «для дождя». Ты что, прочитал только половину того, что увидел?

— Это «кровавый дождь», — вдруг сказал Чу Ваньнин.

Этот человек прочел большинство древних рукописей на языке цанцзе и не стал бы говорить то, в чем не был уверен. Итак, если он это сказал, значит, именно это и было написано на жетоне.

Мо Жань смотрел непонимающе:

— Что за «кровавый дождь»?

Чу Ваньнин покачал головой:

— Я не знаю.

Словно в ответ на вопрос Мо Жаня со стороны невидимого купола Арсенала донесся грохочущий звук, а затем с неба упали огромные покрытые медной окисью песочные часы. В отличие от других песочных часов, на этих была установлена крестообразная рамка, назначение которой было непонятно.

Чу Ваньнин взглянул на песочные часы, потом на жетон в руке Мо Жаня.

Кровь как песок в часах...

Он вдруг понял, что значит «тянуть жребий». Выражение лица Чу Ваньнина резко изменилось, когда он закричал:

— Мо Жань, выбрось жетон!

Даже не осознав причину и суть приказа Чу Ваньнина, Мо Жань инстинктивно последовал ему.

Если бы он не попытался избавиться от жетона, то и не понял бы, что нефрит намертво прилип к его руке.

Чу Ваньнин тихо выругался и бросился вперед, чтобы обменять свой жетон на жетон Мо Жаня. В этот момент десятки гибких ветвей вырвались из песочных часов и устремились прямо к юноше!

— Убирайся!

— Учитель!

— Учитель!

Кровь забрызгала все вокруг. В последнюю секунду Чу Ваньнин оттолкнул Мо Жаня в сторону, и лозы пронзили его тело, как рой стрел — вставшее у них на пути дерево.