Дикий Кот

Потому что до завтра твои расцарапанные яйца не заживут и ты не сможешь ко мне подкатывать.

За стеной началась долбежка. Баба уже не покрикивала, а просто стонала, кровать билась об стену. О нет, я бы Фурию так в первый раз не долбил. Я бы заставил ее течь, изнемогая от желания и просто заливал ее тело спермой, а она бы ерзала и подставлялась, умоляя…

— Значит, до завтра.

— До завтра.

— Один поцелуй.

— Что?

— Один поцелуй. Меняю долгий белый танец на один поцелуй.

— Всего один. Короткий поцелуй. И после ужина ты больше не будешь меня доставать.

— Согласен.

— Целуй! — разрешила царственным кивком.

Я подошел к ней, расцарапанные яйца ныли. Дарина была настороже, но когда я потянулся к ее губам своими, немного вниз опустила ресницы. В глазах сверкнуло торжество. Она решила, что битва осталась за ней.

И я… Я позволил ей так думать, а потом сделал то, что она никак не ожидала…

Глава 7

Дарина

“Поцелует меня и уползет зализывать раны!” — подумала я.

Ибо с расцарапанными яйцами даже ходить сложно сложно, не то, чтобы танцевать!

И Котов, действительно отправился зализывать.

Но только не свои раны, а… меня.

Я и ахнуть не успела, как он пропал из моего поля зрения. Просто вжух — и его нахального лица нет на уровне моих глаз.

Его лицо напротив низа моего живота, а руки нахально раздвинули халатик. Котов прижался ртом к моей плоти и куснул, всосав, прямо через тонкие трусики.

Я ойкнула и дернулась. Напряженный бугорок плоти импульсивно отозвался на такие дерзкие прикосновения.

— Что ты творишь? Уйди! Немедленно! — зашипела я.

Пыталась держать себя так, чтобы тело не вело.

Потому что завелась и от мыслей, и от фантазий, и от перепалки.

Давно не было хорошего, толкового противостояния, а они меня всегда заводили. После очередной сложной победы я могла сутки не вылезать из постели, доводя до изнеможения своего мужчину.

И теперь этот Котов.

Его большой рот, сочные губы, острые, белые зубы, покусывающие плоть игриво, будто котик грыз меня немного.

Котик хочет кушать киску, пронеслось пошленькое в моей голове, а этот… не котик, но здоровущий, наглый Кот, которого даже поврежденные яйца не остановили от посягательств, пригрозил мне:

— Укушу, блять, — сомкнул зубы на клиторе, прямо через ткань.

Ааааа…

То ли аааай, то ли аааааах…

Я еще не определилась. Только ощущала, как взмокла спина под халатом, а ноги предательски дрожали в коленях.

— Прекрати!

Я нацелилась ногтями в его лицо, и он куснул меня жестче, буквально впившись в чувствительную плоть. Я застонала, изо всех сил пытаясь приглушить этот всплеск — болезненно-острый и… внезапно приятный.

Жестко, да… Боже, так жестко!

Пожалуй так, как мне давно хотелось…

Олег постоянно нежничал, и первое время мне это безумно нравилось.