Кости. Навье царство (СИ)

Ни о чем ты не сожалеешь. Может, головой разве что, а пальцы твои не от сожаления трясутся, не в состоянии даже пуговицу в петлю, с пятой попытки, протолкнуть. И даже не от злости, за которой ты так трусливо прячешься.

Иронично изогнув бровь, слежу, за жалкими попытками одеться скорее, скрыть себя от насмешливого взгляда в зеркале. Моего взгляда. Губы ломает усмешкой.

Не дает мне права?

Ха-ха.

Хорошая, очень забавная шутка. Знала ли она, что, снарядив ко мне на практику, отец буквально пустил ее в расход? Либо откупился за что-то в очередной раз. За то, что чертовски херовый родитель, например. Либо преследует свои какие-то цели. В первом случае девчонка это негласный подарок, а во втором попросту смертница. Так что я имею куда больше прав, чем кажется с того момента, как эта дурочка подписала контракт. Потому что все контракты, подписываемые в “Костях” магические. И согласно большинству из них я царь и бог: могу казнить, могу миловать. Прямым текстом это не сказано, конечно, на то он и магический. Только наша братия видит подводные камни, а остальным все равно сотрут воспоминания после того, как срок службы истечет. Если доживут. А если не доживут, то их самих сотрут из памяти родных, близких, превратив в безликое, никому неинтересное и мутное пятно из прошлого.

— Как скажешь, — всего шаг в сторону, стажерка вихрем пролетает мимо, едва задев локтем. Задернув за ней шторку, остаюсь в примерочной один. Смотрю в зеркало, перебирая в памяти события прошедших дней. С появлением Ядвиги в “Костях” вечно что-то да происходит. У нас и так-то никогда не бывало тихо и спокойно — особенности контингента и специфика междумирья. Всякий народ заглядывал, конфликты случались. Люди, бывало, пропадали и приходилось решать, чтобы не просочилось в прессу, полицию и не легло пятном на репутацию Кощеевых. Теперь же все проблемы, будто скопились в одной фигуре. Если б не знал, что магии в девчонке ни на грош, решил бы, что отец привез из поездки в далекую Грецию, как минимум, ящик Пандоры.

Даже Лихо, кажется, и тот Ядвиге в подметки не годится по количеству создаваемых проблем. А уж Тим у нас по проблемам первый среди главных.

Что-то все так же не сходилось. Поведение ее, внешность странная во всех отношениях. Уж кто-кто, но я с детства был привыкшим оригинальности. Выросшему среди кикимор да русалок при матери Берегине, и то все в стажерке — одеваться и держаться казалось кричащим.

Глаза в зеркале остро кололи вопросом. Будто отражение думало, что так, в диалоге через серебро, можно узнать больше, чем напрямую, сидя в моей же голове. До отца с его способностью блокировать одну часть сознания от другой, разделяя себя-Кощея и себя-человека, мне было еще очень много лет тренировок. Так что правая моя рука всегда знала, чем занята левая.