Дорога Костей

Но когда Рей встретился с её голубыми глазами, пылающими убийственной яростью, он судорожно пытался вспомнить, где видел её раньше.

— Кто ты? — потребовал он.

— Я пришла накормить воронов, — высокомерно бросила она и тут же обрушила на его щит двуручный топор, расколов его пополам.

Сквозь проклятие он ударил щитом, но женщина с изяществом зверя перекатилась по земле."

"— Они насытятся твоей кровью, воин, — прошипела она, вновь поднимаясь на ноги.

Щит оказался слишком громоздким против такой подвижной противницы, Рей в одно мгновение откинул его в сторону и выхватил хеврит.

— Они будут пировать на твоих кишках. Они будут пить из твоего черепа.

Он рванул вперёд, нанося яростные чередующиеся удары мечом и хевритом, и едва не улыбнулся, когда его клинок вспорол плоть, а женщина вскрикнула от боли. Из раны на верхней части руки, ниже кольчуги, заструилась кровь, но, казалось, это её ничуть не замедлило. Женщина провела рукой по ране и размазала эту кровь по своему лицу.

— Ты не знаешь, с кем связалась, женщина, — прорычал он.

— Нет, — прошипела она, увернувшись от дуги его длинного меча. — Это ты не знаешь, с кем связался, воин.

Его словно окутал туман — леса и зазубренные фьорды хребта Скалла расплылись перед глазами, уступая место знакомому видению. Его младший брат, всего восемнадцати лет, лежал на грязной груде шкур. Капли пота выступили на лбу Кристъяна, его темные глаза застыли, уставившись в пустоту. Живот Рея скрутило от боли, будто невидимая рана раскрылась вновь.

Кристьян, слышал он собственный голос. Ты таешь у меня на глазах. Я не могу потерять и тебя.

Боль пронзила ногу, и Рей заморгал, пока окровавленное лицо женщины снова не выплыло из тумана. Он взмахнул мечом в слепой ярости, но та уверенно отскочила. Глянув вниз, Рей увидел, что штанина порвана, а из неглубокой раны хлещет кровь.

— В тебе столько боли, воин, — со злобной усмешкой сказала женщина. — Столько гнева — настоящий пир для меня!

С криком ярости Рей взмахнул мечом, но женщина ловко увернулась. Краем сознания он заметил, что она отступает к самому краю хребта, но его мысли уже уносились прочь, когда перед глазами возникло новое видение.

Могильный курган. Две груды камней перед ним. Вокруг — заснеженные пики Нордура, вздымающиеся в небо.

Я не помню их, Рей, сказал юный Кристъян, сжимая его руку. Но все равно скучаю.

Грудь Рея сжалась от такой муки, что он едва мог дышать.

Новая вспышка боли — уже в другом бедре, и последовавший удар заставили его колени подкоситься. Тело с глухим стуком рухнуло на землю. Он судорожно вдохнул, и в глазах снова проплыло серое небо. Над ним, пронзительно крича, кружили чайки.