Космоолухи: рядом. Том 1

Киборг постоял-постоял, таращась на усыпанный осколками пол, и, хрустя ими, пошел к своей кровати. Лег на спину, не раздеваясь, поверх одеяла – время сна еще не пришло, значит, просто «экономия энергии». Ногами на подушку, разумеется.

Стрелок осторожно, одной рукой придерживаясь за поручень кресла, наклонился и подобрал с пола синий осколок. Любимая тарелка Белки, там в центре еще была веточка цветущей вербы… Кто разбил ее – Кай или Стрелок?

Под колесами кресла осколки даже не хрустели – лопались с громким отчаянным треском. Когда отзвучал последний, стало слышно только глубокое ровное дыхание киборга.

Которое Стрелок раньше не слышал даже в ночной тишине.

Поколебавшись, он осторожно протянул руку и мягко погладил Кая по голове, как маленького, горько рыдающего ребенка. На этот раз киборг не отвернулся, но глаза осталось пустыми, безжизненными. Как будто он просто ничего не почувствовал, вконец замкнувшись в своем горе.

– Ну вот, теперь мы еще и без посуды остались, два осла, – устало сказал Стрелок, убирая руку.

Он повертел в пальцах колючий осколок, показал Каю:

– Видишь? До тебя у меня был другой киборг. Девушка, тоже светловолосая, но темнее тебя, такая с золотинкой. Ее звали Белка, и она была для меня… всем.

* * *…Время перевалило за полночь, пол так и остался неубранным, термобокс с ужином – неоткрытым.

Кай смотрел в потолок, лишь изредка моргая. Стрелок рассказывал. То серьезно, то, когда вспоминался забавный эпизод, не сдерживая смеха, а когда грустный – волнения. Он ничего не требовал от Кая – ни ответов, ни даже внимания. Просто выплескивал это из себя, с начала и до самого конца. То, что он хотел и не мог сделать весь этот год.

* * *Со дня смерти Белки не проходило и часа, чтобы Стрелок о ней не вспоминал, но приснилась ему она впервые – в любимом светлом платье, у окна, залитого солнечным светом, который обрамлял ее силуэт золотым сиянием. И волосы у нее тоже были золотые-золотые, аж больно смотреть.

Белка задумчиво глядела вдаль, но, почувствовав его взгляд, сразу обернулась, и от ее просиявшего лица у Стрелка сдавило горло.

– Прости меня…

Во сне кресла не было, он твердо стоял на ногах, но боялся даже шелохнуться, осознавая неимоверную хрупкость этой призрачной реальности.

Белка недоуменно распахнула глаза. У других киборгов эта типовая мимическая эмоция раздражала, у нее – выглядела естественной и милой. Живой.

– За что?

– Я обещал защитить тебя… и не смог.

– Глупенький… – Она улыбнулась и сама шагнула к нему. – Ты смог гораздо больше.

Ее ясный, смотрящий в душу взгляд был невыносимее бьющего в глаза света.

Стрелок уткнулся лбом ей в плечо и глухо признался:

– Мне очень плохо без тебя…

– А мне плохо, когда тебе плохо. – Белка нежно провела ладонью по его щеке.