Космический рейдер «Нибелунг»

Надеюсь он войдет в историю наряду с именем Спартака или Клеона.

Произнеся эту шутку он криво улыбнулся, как бы демонстрируя шрамы, и продолжил уже не убирая с лица строгий пафосный вид:

— Прямо сейчас мы освобождаем всех каторжников Новой Австралии. Скидываем вековые оковы рабства. Даём свободу этим невольникам нашего времени, всем, кого наглые и беспринципные люди, провозгласившие себя новой аристократией, не просто заставляли работать, а помыкали ими, унижали их достоинство, под прикрытием якобы исправительных работ.

Мы уничтожили флот, который самозваные короли выслали против освободительного движения. Вынесли в разреженную среду разряженных герцогов, графов, баронов. Вся их мощь оказалась такой же имитацией, как радиоэлектронная обманка, изображающая из себя крейсер."

"И теперь мы последовательно освободим все четыре обитаемых мира Северной Дуги. Один за другим. Если банда аристократов окажет сопротивление, она будет уничтожена. В случае капитуляции всем желающим гарантируется свободное отбытие в один из центральных миров с некоторым количеством собственности. Не пытайтесь встать у меня на пути, я сокрушу ваши игрушечные королевства, как сметают с доски шахматные фигуры.

Мы просим, требуем от свободных и демократических наций других планет не вмешиваться во внутренние дела так называемых четырех королевств. С монархиями и варварством будет покончено раз и навсегда. Миры вернуться в лоно цивилизации. К подлинному самоуправлению.

Это не угроза. Это план действий!

Генерал Марбас. Конец сообщения.

Фигура генерала сменилась пейзажем Новой Австралии. Над столицей летали штурмовые боты. Всюду мелькали трассеры, висели дымные следы ракет, а на поверхности появлялись огоньки пожаров. Но сопротивление если где и возникло, то оказалось неорганизованным.

— У него склонность к высокому слогу, но мало практики, — заметил шут. — Риторику явно не преподавали в его университете.

Маскариль единственный, кто воспринял новость спокойно. Остальные сперва замерли в оцепенении, потом ожили. По залу пронесся шорох. Сенаторы вскочили со своих мест. Одни подошли ближе к проекции, как будто на ней что-то можно было разглядеть, кроме архивного изображения Новой Австралии и столь же архивных видов её столицы. Другие, видимо кто поумней, схватились за коммуникаторы и быстро надиктовывали распоряжения слугам и родственникам. Остальные смотрели друг на друга, как будто ища того единственного в своей среде, кто сможет ответит на их вопросы.

— Что за чушь? — вопрошали они. — Какое ещё варварство?

— Он всё перевернул с ног на голову!

— Какое ещё освободительное движение? Те парни грабили бедных шахтеров на астероидах.