Космический рейдер «Нибелунг»

 — Я не позволю никому командовать тобой. Получишь сразу шеф-пилота. Это самое высокое звание в авиагруппе, не считая офицерских. А если кто-то попытается обидеть…

— Пф…

— И ты сможешь начать отрабатывать съеденные за эти годы флотские завтраки.

* * *Старый адмирал Реймонд время зря не терял и успел уже обрасти бюрократией. А бюрократия даже во время войны занималась крючкотворством. Такова уж её природа.

— Вы хотите сделать шеф-пилотом четырнадцатилетнего подростка? — спросил один из адмиральских помощников.

— Именно это я и сказал, — подтвердил Ивор.

— Это противоречит закону, — заявил помощник. — Флот берёт добровольцев с шестнадцати лет и только с согласия родителей.

— У неё нет родителей.

— И ей нет шестнадцати.

Речь, конечно, шла о местных годах. Но поскольку сутки на Барти составляли тридцать один и две десятые часа, а вращался он вокруг Нафанаила с периодичностью 290 дней, то год получался примерно на триста часов дольше стандартного, то есть земного. Обычно разницей пренебрегали, хотя получалось, что совершеннолетие на Барти наступало на полгода позже.

Ивор некоторое время думал, не использовать ли этот факт в качестве аргумента, но даже лишние полгода не делали Ломку совершеннолетней. К сожалению советник Дейч пропадал сейчас на орбитальных доках, пытаясь помочь Ивору ускорить ремонт «Нибелунга», а идти на прием к адмиралу он не рискнул. У того мог возникнуть очередной заскок и тогда пришлось бы обращаться к принцу, а этот ресурс Ивор предпочитал использовать разумно и держать про запас.

— Значит мы выбросим все её данные в корзину и наймем, как человека без прошлого, — заявил он.

Такой вариант вербовки тоже значился в регламенте. В конце концов, половина наемников в морской пехоте скрывала правду о своем происхождении.

— Человеку без прошлого не присваивают просто так высший ранг пилота, — попытался возразить чиновник.

— О! Думаю она легко сдаст экзамен.

* * *Вернувшись на корабль, Ивор с удивлением обнаружил в ангаре лёгкий шаттл гражданского образца. Он даже не смог поначалу различить модель, потому что весь корпус покрывала аэрография, скрадывающая очертания. В глазах зарябило от котят. Один был нарисован на хвостовом оперении, один на кокпите, несколько на фюзеляже, ещё больше их поместилось на крыльях. Котята играли друг с другом, с клубками и бантиками, выглядывали из корзин и коробок.

Легкомысленная роспись настолько расходилась со строгими военными мотивами, что Ивор опешил и некоторое время рассматривал шаттл в полном молчании. Нет, определенно надо искать пилотов и уходить с этого места. Тут просто проходной двор какой-то.

Наконец он разглядел модель.