Космический маршал. В шаге от победы. Часть 1. Затянувшийся прыжок

Не гарантия безопасности, но, как вариант, когда уже можно говорить об относительности угрозы, вполне подходил.

В назначенном месте я появилась «опоздав» на семь минут. Достаточно, чтобы понять — Даудадзе был один. И… совершенно не нервничал. Вышла из укрытия, откуда наблюдала за полковником, не таясь. Не то знак доверия, не то… заявление, что идти мне больше некуда.

— Господин полковник, — подойдя, остановилась я напротив. Бросила взгляд на кабину пилота…

— Я слушаю вас, — проигнорировал он мои опасения.

Что ж… других вариантов у меня все равно не было.

— Мне нужно срочно связаться с генералом Орловым, — не стала я кочевряжиться. Он был прав, это я пришла к нему.

— Сделать это обычным способом вы не можете, — абсолютно правильно интерпретировал он мои слова. — Похоже, — он качнул головой, — опять разгребаете чужое…

Он не закончил, но и так было все понятно.

— Речь идет о предательстве в Координационном Совете, — добавила я в наш разговор немного откровенности. — Ситуация горящая, счет идет на часы.

— Вас разыскивают? — нахмурился он.

— Да, — не стала я скрывать от него серьезности собственного положения, — но вас в списке моих контактов нет. Наша встреча на совещании не была критичной для контроля.

— Я говорил не об этом, — вроде как обиделся он. — Садитесь, — кивнул на катер. — Я отвезу вас к себе домой, а сам вернусь в Штаб, посмотрю, что можно сделать.

— Это — опасно! — качнула я головой.

— У вас специдентификатор? — уточнил Даудадзе.

— Нет, — качнула я головой. — Вне военного времени мы считаемся…

— Садитесь, — перебил он меня. И добавил… мягче, заботливей: — Вы на ногах едва стоите.

Что ж… с этим он не ошибся. Собственное самолюбие уже не спасало.

— Спасибо, — чуть расслабившись, улыбнулась я.

Поднялась в катер, тяжело опустилась на сиденье, вытянула ноги, наблюдая, как полковник устраивается напротив.

Это был все тот же сволочизм… Со стороны действия Даудадзе выглядели, как благородство.

— Теперь хоть ясно, ради кого объявили усиление, — произнес он насмешливо, когда катер поднялся до эшелона. У военных были свои воздушные коридоры.

— Пытаетесь подбодрить? — грустно усмехнулась я.

— Нет, — его взгляд прошелся по моему лицу, — вы в моей поддержке не нуждаетесь.

— Наверное, вы — правы, — вздохнула я, — но это не значит, что я не хочу быть просто женщиной.

— А вы сумеете? — иронично дернул он уголком губы. Ответил сам: — Нет, не сможете. Для вас этот риск — часть реальности, в которой существуете.

— Это — плохо? — воспользовалась я его невысказанным предложением продолжить разговор на личные темы.