Герой моих грез и кошмаров

– Прошу, госпожа Рутшер, вам слово.

У слов герцога поистине волшебный эффект – помещение будто куполом тишины накрыло.

– Перстень в виде змеи, кусающей себя за хвост, пустышка, закачанная силой. Максимум шесть применений, и он превратится в громоздкое украшение из церигия.

Мое заявление никто не оспорил, и я отложила первый предмет в сторону.

Как и думала, мне подсунули ящик с классифицированными артефактами, что логично. А иначе как понять в кратчайшие сроки, что я говорю правду?

– Еще одно кольцо – подлинник. Одаривает носителя юностью. Не временный флер свежести, а настоящая защита красоты от увядания, вот только он почти пуст.

Скепсиса на лицах больше нет, легкое удивление.

Краем глаза я заметила, что прислонившийся к стене Аламейский тонко улыбается, наслаждаясь растерянностью своих специалистов.

Глядя на меня сквозь магический монокль, самый солидный по возрасту артефактор с седыми усами многозначительно поинтересовался:

– Насчет срока действия вы уверены? Это же подлинник!

Я кивнула:

– Едва ли он протянет год, а это для зрелой, озабоченной своей внешностью женщины сущий пустяк.

– Точные сроки назвать можете? Забавненько. – Седоусый маг протянул последнее слово с ехидцей. Все еще не верил, не убедила. – Продолжайте, госпожа, прошу вас.

Я воспользовалась предоставленной любезностью.

– Веер, чей станок и пластины изготовлены из церигия и перламутра, все еще мощный подлинник, но особой ценности для государства не представляет."

"Отложить изящную дамскую штучку я не успела – раздался поистине истеричный вопль:

– Позвольте! Как это не представляет? – Щуплый блондин с невзрачным лицом вскочил со своего места, нервно сжимая в руках артефакторские щипцы. – Это же замаскированное оружие! Я три дня расшифровывал надпись на ручке, чтобы определить это! Он мгновенно выводит противника из строя!

Три дня? Понятно, почему мое заявление его задело. Моя скорость обесценила его усилия.

Артефакт же горячо нашептывал, что создан для забавы и никогда не причинял неприятностей.

– Настаиваю на том, что вещица пригодна лишь для девичьих шалостей. Во времена, когда ценились тонкие нежные натуры, в обморок красиво и правдоподобно упасть получалось не у всех. Кто-то и заказал мастеру этот веер.

Рассказывая, с артефактом в руках я подошла к не верящему в мои выводы магу.

– Веер действует только на хрупких девушек, позволяя им падать в обморок на несколько секунд в любой миг, когда они пожелают. Здорового мужчину вырубить он не может. Вы же позволите продемонстрировать?

Не дожидаясь ответа, я шлепнула блондина сложенным веером по плечу.

Закатив глаза, он осел на свой стул.

– Ой…

В полной тишине Аламейский неприлично громко захохотал.

Растерявшись, я повернулась к нему.