Кошмарных снов, любимая

 – Мисс Мэлоун?

Джесс все-таки набралась смелости и нехотя приоткрыла один глаз, тотчас сощурив его из-за света.

Чудовищ не было.

Около ее кровати стояло несколько человек в белых халатах, а за их спинами стояли отец и мать. Она была одета в голубой пиджак и черные брюки.

Лица родителей казались обеспокоенными. Они выглядели устало и помято – как люди, которые всю ночь просидели в больнице.

– Пришла, – прошептала Джесс, пытаясь не смотреть на мать. – Где я?

Ей тотчас сказали название клиники, представились и сообщили, что ее нашли в квартире Эрика без сознания. Джесс потеряла сознание от удара по голове.

– Вы останетесь под нашим наблюдением на некоторое время, – сообщила женщина, представившаяся доктором Эвой Шилдс.

– А что с Эриком? – испуганно глядя на приближающуюся мать, спросила Джесс.

– Мистер Кантвелл в коме, – немного помедлив, сообщила доктор. – Но мы делаем все возможное.

Все возможное для чего – она уточнять не стала.

– Моя бедная девочка, – наконец подошла к ней мать и попыталась сесть рядом и взять Джесс за руку.

Как в том сне.

Девушку едва не подбросило на кровати от страха.

– Не трогай меня! – отшатнулась она в панике, вырывая из сгиба в локте иглу капельницы. – Не трогай!

– Мисс Мэлоун! – изумленно воскликнула доктор. Медсестры смотрели на нее как на ненормальную.

– Убирайтесь все! – закричала хрипло Джесс, хватаясь за одеяло одеревеневшими пальцами. – И ты тоже!

Мать побледнела. Прижала к губам холеные пальцы, на одном из которых блеснул бриллиант – очередной подарок мужа.

– Что с тобой? – спросила она почти жалобно и взглянула на мужа.

– Джесс, это же мы, – сказал он, глядя на дочь испуганно. – Ты узнаешь нас? Это я, твой папа.

– Нет… Нет… Не трогайте, пожалуйста, не трогайте меня, – плакала Джесс, забившись в угол и комкая одеяло. Лицо ее было мокрым от слез. Она задыхалась от страха и жалости к себе. Джесс трясло так, словно ее охватила лихорадка.

Она никого не подпускала к себе, все кричала и кричала, умоляла оставить ее в покое, и в конце концов ей насильно вкололи успокоительное, скрутив и прижав к кровати.

– Последствия травмы, – услышала она знакомые слова, прежде чем провалиться в черную дыру. – Ей нужен здоровый крепкий сон.

И только тогда Джесс поняла, какую ошибку совершила.

Из медикаментозного сна она не сможет выбраться по собственному желанию. Мозг будет спать долго.

А чудовищам только этого и надо.

Джесс летела вверх по черной витой трубе, с трудом избегая столкновений с горящими звездами, и почему-то перед глазами стоял образ Брента.

Любимого.

Единственного.

Брент… Брент!

«Спаси меня», – подумала она устало, зная, что не в силах больше бороться со своим сумасшествием.