Кошмар на улице дачной

– Этот Тедди перемещается по поселку, как ему заблагорассудится! – шепотом произнесла Полинка. – И еще не известно, что стало с его прежними хозяевами. Надо будет расспросить мужа этой женщины, как к нему в руки попала эта игрушка.

Но тут уж терпение у Насти лопнуло. Она заявила, что если Полинка и дальше будет молоть эту ерунду, она с ней прекратит всякие отношения, и на этот раз уже окончательно. Полинка огорчилась. Ей очень не хотелось терять дружбу с Настей, с которой они только-только помирились.

– Девочки, не ссорьтесь! – взмолилась Шура. – Скоро мой дядя Саша приедет! Он у меня такой умный, что мигом во всем разберется!

Иван Степанович у девочек из доверия вышел. Тем не менее он проводил девочек домой, попрощался и только после этого уехал. У него и впрямь были другие дела. Он не мог позволить себе весь свой рабочий день гоняться за призраком ускользающего игрушечного медведя. Девочки тоже разошлись по домам, и до самого вечера других новостей ни у кого из них не было. А вечером случилось такое, что потрясло весь их поселок. И все от мала и до велика высыпали на улицы, чтобы всласть обсудить случившееся, придумать несуществующие детали и добавить красок туда, где и так было цветисто.

В дом Шуры новость принесла все та же тетя Ира. Казалось, она только тем и занимается, что собирает самые разнообразные сплетни по поселку про всех, кого знает и даже про тех, кого лично не знает совсем.

Вот и в этот раз, пробегая мимо участка Шуры и ее родителей, соседка крикнула им через сетку забора:

– Слышали уже? Арестовали! Все-таки ее арестовали! Я так и думала, что дело тут без ее участия не обошлось.

– Кого арестовали? – заволновались родители Шуры. – За что?

Тетя Ира притормозила.

– Вы еще не в курсе? Риту арестовали! Подозревают ее в попытке убийства ребенка.

– Павлика! Кого же еще!

Родители молчали. Несмотря на то что приносимые тетей Ирой слухи всегда отличались правдивостью – в этом ей никак нельзя было отказать, – сейчас родители не в силах были ей поверить.

– Как Павлика? Он же ее сын! Рита пыталась убить родного сына?

– Да! Сына! Родного сына!

– И зачем же ей было его убивать?

Этого тетя Ира не знала, но предположила:

– Может, надоел он ей. Может, расходов много требовал. А может, просто в голове у нашей Ритки окончательно все помешалось. Она ведь всегда с прибабахом была, я вам это неоднократно говорила. Бывало, идем мы с ней рядом, она хромает, я пританцовываю, она вдруг остановится да как захохочет. И так страшно смеется. И долго. И не унять ее бывало. Пока свое не отсмеется, нипочем не замолчит. А потом ее спросишь, что же ты, Рита, так хохотала, а она в ответ в облако или в куст тыкает. Смешно ей там что-то показалось, а что, и не объясняет.