Мой крылатый кошмар

Если бы ты только видел…

И все заново – высушить, растолочь, смешать, намазать и положить на раны. Я использовала не все. Пару листочков оставила для зелья активации.

Как только все раны были обработаны, я достала нужный пузырек с темно-зеленой жидкостью из сумки и высыпала туда порошок из листьев аренгаума. Потрясла пару секунд и поднесла склянку к губам Айрана.

Теперь надо было заставить его выпить.

Удивительно, но сильно мучиться мне не пришлось. Айран выпил все до последней капли.

- Ты молодец, - прошептала я, коснувшись губами его холодной щеки, а сама уже мысленно отсчитывала две минуты.

Именно столько надо было до активации зелья.

Пять… четыре… три… два…

Я сжала его лицо в своих руках и выплеснула магию.

С губ беззвучно сорвались слова заклинания. Если с Гарроу я использовала простое заклинание, то здесь нужно было нечто более сложное и опасное. Не старшая магия, но тоже очень сильная. А еще опасная.

Главное не потерять контроль.

Айран даже не вздрогнул, хотя ему должно быть неприятно. И даже, возможно, больно. Мне вот точно пришлось несладко. Заклинание вытаскивало из меня магию словно щипцами, оставляя в сознании кровавые полосы, заставляя рычать от боли и все равно вновь и вновь повторять заветные слова, не забывая о времени.

Пятьдесят три секунды.

Все.

Я отшатнулась, убирая руки и медленно опустилась на пол, чувствуя, что сил больше нет. Даже восстанавливающее зелье не справлялось. Я израсходовала весь свой резерв.

С трудом открыв глаза, подползла ближе, дрожащей рукой провела по шее Айрана, нащупав пульс.

Участился. Стал более ровный и сильный.

Это хорошо. Это я смогла… молодец.

И тогда я позволила себе расплакаться.

33.2

Ревела я долго, упрямо, выплескивая все то, что накопилось не за часы - за дни, проведенные в этом проклятом лесу. Рыдала, размазывая по щекам и лицу слезы с кровавыми следами – руки я ведь толком не обмыла и на них осталась кровь Айрана. Всхлипывала, дрожа всем телом, и все никак не могла успокоиться.

Но и этому пришел конец.

Слезы кончились, рыдания стихли, разум прояснился. Еще бы силы вернуть уверенность в то, что все получится.

Откинувшись назад и уперевшись спиной в кровать, на которой спал Айран, я уставилась перед собой, размышляя о том, что же делать дальше.

Апатия была такой силы, что хотелось просто свернуться калачиком прямо на полу и не двигаться. Но так нельзя. Поддаться апатии – проиграть, сдаться. А этого я допустить не могла.

«Для начала не мешало бы убрать за собой, - мысленно решила я. - Всю комнату в крови испачкала, да и я сама…»

Я опустила взгляд, рассматривая свои ладони, украшенные алыми разводами.

«Кровь. Его кровь… как же её много».

Глаза вновь наполнились слезами, которые я зло стерла.