Кошки - Мышки (СИ)

Для себя, для души — нет. Я же говорю, ты стала моей музой.

Кира сидела, всё еще оглушенная рассказом.

— Шель, я не поняла… Ты говорил, что не знал, сколько ей лет. В смысле, ты удивился, что она такая молодая…

— Конечно, я знал сколько ей. Но я ни разу не встречался с нею после того… случая. Она ушла из вуза. А возраст за тридцать женщины переживают по-разному, — с какой-то печальной улыбкой произнес Воронцов. — В общем, я был потрясен новой встречей.

— А букетиком-браслетиком ты хотел ей показать, что она потеряла? — догадалась Новикова.

— Почему ты такая умная? — Шель взял ладонь девушки и притянул к своим губам. Кира вырвала руку.

— Подожди. Как ты мог не знать, как она выглядит, если у тебя весь дом обвешан ее полотнами?

— Да легко, солонце моё, — он вновь поймал кисть Киры и легонько сжал двумя руками. — Для того чтобы купить картину, достаточно пообщаться с агентом. Знаешь… — он вновь на секунду прижал ладонь Новиковой к губам. — Я чувствовал злорадство от того, что она рисует эти картины для меня.

— Ты больной, Мишель! Ты понимаешь, насколько ты больной… ею?

— Кира, она меня… выбросила!

— Ой, ну, вот только не нужно этого, — замахала Кира руками. — «Выбросила!» Посмотри на себя. Долго ты провалялся… «выброшенный»? Небось, сразу же нашлись те, кто подобрал.

— Ты меня не любишь… — надул губки Мишель и потянул Киру на себя.

— Тебе не стыдно? — вырвалась Новикова. — Разве тебя можно не любить?

Мишеля, такого милого и родного, знакомого и открытого, просто нельзя не любить, поняла Кира. Поняла она, и к чему клонит этот… игривый ретривер.

— И тебе меня не жалко? — продолжать надувать губки бывший щеночек, а ныне — взрослый кобель.

— Жалко, конечно, — призналась Новикова. — Но я что, похожа на дуру?

— Нет, и на дуру ты не похожа. Одни достоинства, — согласился Мишель и мягко, но настойчиво притягивая.

— Тогда с чего я должна к тебе карабкаться на мой диван? — выворачиваясь из мягких, расслабляющих и цепких объятий.

— Потому что я так хочу.

Кира посмотрела в его голубые глаза и почувствовала, как пол уходит из-под ног. Забавно. Ведь где-то в душе она была даже не против. Это как упасть в мягкую перину, которая такая воздушная… Такая однозначная, в отличие от Влада-Котофея. Такая теплая, в отличие от Гены-КрокоЗмея. Такая понятная, в отличие от Шефа. И такая ЧУЖАЯ.

— Знаешь, Шель, — с очень серьезным видом проговорила Новикова. — Иногда судьба дает нам не то, что мы хотим. Иногда она дает нам то, что нужно.

Мишель рассмеялся, легко и заливисто.

— То-то ты выглядела такой счастливой, когда я к тебе завалился сегодня, — сказал белокурый поганец. — А это, оказывается, судьба тебе дала то, что тебе нужно.

— Почему нет? — задумалась Кира. — Тебе судьба дает свой урок. Мне — свой.