Корпулентные достоинства, или Знатный переполох. Дилогия

Уж не знаю случайным это было совпадением или нет, но мне достался Заславский, а по другую руку умостился Долгорукий, который по всем правилам приличия должен был оказывать внимание своей соседке, некой молоденькой девушке, которая по моим наблюдениям, чтобы завладеть его вниманием, готова была вцепиться в него, как клещ. Но, не судьба. Этот… нехороший человек мало того, что не оказывал должного внимания своей даме, так еще и меня отвлекал! Но, блин, как же с ним было интересно поговорить! Я сама чуть о бедном Заславском не позабыла!

— Евдокия Поликарповна, позвольте мне еще раз выразить вам свое восхищение вашим выступлением и талантом! — Отвлек он меня он дегустации очередного вкуснейшего блюда.

Кажется, это был жюльен. О да, как же я могла забыть об этом нежнейшем кушанье? И ведь попробовать удалось совсем немного! Так как этот… этот, повторюсь, нехороший человек меня отвлек, и случилась следующая перемена блюд, и жюльенчик унесли! Это я хорошо запомнила. Он мне даже пару раз приснился потом! Сами понимаете, тогда мне это не прибавило к нему симпатии.

— Позволяю. — Почти на грани приличий пробурчала я.

— Эээ… — Не смог сразу отреагировать он, но мямлить и вестись на провокацию не стал, а просто перевел разговор на другую тему. — И давно вы бываете при дворе? Не сочтите мой интерес праздным, просто я прибыл в Россию лишь месяц назад и вас и ваших подруг еще не имел чести здесь видеть.

— Видите ли, этой мой первый визит в Кремль.

— Но как так вышло? Ведь ваш отец…

Он замялся, но развить мысль не успел, так как я не собиралась его просвещать о своей болезни. Нужно будет, узнает сам. А потому пошла в наступление.

— И где вы были? Сколько отсутствовали?

— Сколько? — Казалось он даже задумался, чтобы подсчитать точно. — В общей сложности около трех лет… Да, даже можно сказать ровно три года я пробыл в Японии помощником посла.

— В Японии? — Не поверите, но от такого заявления, я ему даже жюльенчик простила. — И японский Император согласился с вами побеседовать?

Не сказать, чтобы я была сильна в истории, но вот то, что Японцы долгое время вели политику закрытых границ и не хотели даже общаться с иностранцами, знала точно. И, кажется, более менее удачные переговоры прошли только в середине 19 века. Сейчас же на дворе был только 1806 год.

А еще я помнила, что где-то в начале девятнадцатого века было предпринято первое русское кругосветное плавание, вместе с которым в Японию и было направлено первое официальное русское посольство во главе с тем самым графом Резановым, который и стал прототипом всем нами известного графа из рок-оперы «Юнона и Авось».

Кстати, на сколько мне было известно, она собирала полные залы в моем родном мире очень долгое время и, наверное, собирает и теперь.