Корпорация "Русь"

— И я вернулся. Меня признали и теперь я новый хан. Но… — парень замялся, не зная, как подойти к этому вопросу. А умудренные возрастом мужи, пришедшие с ним, помалкивали, дабы не бить по авторитету юноши.

— Ты боишься, что монголы вернутся? — Поинтересовался после затянувшейся паузы Георгий.

— Да. Они убили так много, что от ханства практически ничего не осталось. Кругом пепел да кости. Оставшихся воинов, что могли сражаться, побил ты в сражении под Рязанским пепелищем. Домой вернулось всего полторы сотни человек, из которых только семеро что‑то стоят. Остальные — простые люди. Пастухи, гончары и прочее.

— Понимаю, — серьезно сказал Георгий. — Полагаю, что ты пришел не просто рассказать о своем горе? Рязанское княжество опустошено точно так же, как и твои владения. Во Владимирском — не сильно лучше. Монголы убили многих. И, надо признать, что часть этого опустошения на руках твоих людей.

— Я… — начал было юноша, и завис, подбирая слова.

— Но я не держу зла ни на тебя, ни на твой народ. Вам пришлось выбирать — или умереть, или выполнять их приказы. Ты пришел просить защиты?

— Да, — поджав губы, произнес юноша. Ему было это непросто говорить. Гордость.

— Это очень непростой вопрос. Я прекрасно понимаю, что твои люди совершенно беззащитны даже перед ушкуйниками, которые следующим же летом постараются вас пощипать. Но я — христианин. А ты — мусульманин. Как и твои люди.

— Мы слышали, — осторожно произнес один из советников юноши, — что Великий князь взял под свою защиту три половецкие орды.

— Еще не взял. Я им предложил условия — они пока думают.

— И что это за условия?

— Они все принимают христианство. Поголовно. После чего я принимаю их вассальную присягу и беру под свою защиту. Для вас ситуация усугубляется еще и тем, что клятва данная мусульманином иноверцу не имеет силы. Поэтому, до тех пор, пока вы не примете христианство я просто не смогу ее у вас принять. Даже зная, что вы честные и благородные люди.

— Мы можем подумать?

— Конечно. Я вас не тороплю.

На том и расстались.

Князь понимал, что деваться ни половцам, ни булгарам некуда. Да и время поджимало. Через два — три года восстановятся дружины Киева и Чернигова, которые не станут вести переговоры, а просто силой оружия сомнут обескровленные орды. А булгар без страшилки в виде двуглавого грифона Москвы на знаменах, те же ушкуйники станут щипать уже ближайшим летом. После битвы при Рязанском пепелище Георгия боялись и уважали. Даже разбойники. Опасаясь связываться с его людьми. Поэтому Великий князь сильно не переживал, зная, что никуда они не денутся. Придут и согласятся на все его условия.

Патриарх грустно смотрел на письмо, пришедшее к нему из Москвы, и не решался его открыть.