Коронная роль Козы-дерезы

Но у Владимира Никитовича есть дурная привычка: если сын совершал неправильный поступок, отец его выручал, плохое не поминал, говорил:

– Никита, в другой раз думай головой, а не местом, на котором сидишь. Если твоя башка не способна в какой-то момент на мыслительный процесс, я всегда поделюсь своим умом, просто обратись к отцу.

И Никита пребывает в уверенности, что у него добрый папа. Юноша не знает, что происходит после того, как он уходит.

Едва за отпрыском захлопнется дверь, старший Лукин нападает на бывшую жену.

– Вот оно, твое воспитание! Вседозволенность. Потакание любым желаниям идиота.

И бубнит он, и зудит, и считает, что Зина плохо следит за Никитой. Но самое неприятное – прекрасная память Владимира. Обычный мужик тоже рад сбросить бремя ответственности за воспитание детей на жену. Но он позлится, покричит, постучит кулаком по столу, утихнет, обнимет супругу и тихо заворчит:

– Ну хорош рыдать, ну чего я опять не так сказал? Только по делу выражался. Ну хватит, успокойся. Ты лучшая жена и мать. Просто устал я, ну и понесло. Давай в магазин сходим, чего-нибудь тебе купим.

И сильная часть пары все живо забудет. Вот слабая сторона в нужный ей момент может воскликнуть:

– А помнишь, как ты меня ни за что оскорбил?

И обычный мужчина искренне ответит:

– Да не было такого!

Он не лжет, он и правда давно выбросил из памяти все. Но встречаются индивидуумы, которые могут постоянно предъявлять спутнице жизни список всех ее больших и малых грехов. Владимир Никитович из этой породы. Любая, даже самая незначительная ссора в семье Лукиных всегда проходила по одному сценарию. Разбила Зина случайно тарелку из сервиза, который подарила молодоженам в день свадьбы свекровь. Зинаида поохает, соберет осколки и выкинет. А Владимир Никитович мигом заведется:

– У тебя руки дырявые, помнишь, как на мое двадцатипятилетие ты блюдо кокнула? А когда Никите год отмечали, сахарницу убила! И свитер мне так постирала, что он на кулак не налезет.

Пока все промахи не перечислит, не остановится. Даже после развода Владимир не изменил своего поведения. Поэтому Зина решила сама разобраться с происшествием, и тут ей попалась я!

Глава двадцать третья

– Можешь назвать номер машины, которая за покойной прибыла? – спросила я у Никиты.

– Нет, зачем он мне, – спокойно ответил любитель приятно шуршащих купюр.

Я ему поверила и поинтересовалась:

– Одежду для покойной где взяли?

– Шофер дал, – опять без особых эмоций объяснил алчный студент медицинского колледжа.

– Девушку в морг голой привезли? – осведомилась я.

– Скажете тоже, – хихикнул Никита, – одетая она приехала. Шмотье положено в специальном месте хранить."

"– Значит, все там лежит, – сделала я вывод.