Коронация, или Последний из романов

 – Я нахмурил лоб, роясь в памяти. – Что-то такое на букву «б».

– Ну-ка, попробуем восстановить английскую фразу. «Вы» – это you, «смотреть» – это see или look, потом better, «сегодня» – это today. «You see better today» – это бессмыслица. Стало быть, получается «you look better today».

– Да, правильно! Те самые слова! – обрадовался я. Эраст Петрович развёл руками:

– Тогда, Зюкин, вынужден вас разочаровать. Это вовсе не рекомендация получше следить за Линдом, а выражение, означающее «Сегодня вы выглядите лучше».

– Всего лишь? – разочаровался я.

– Увы. Вы с мистером Фрейби стали жертвами буквального перевода.

Кажется, Фандорин был горд своей маленькой победой. Ещё бы – после вчерашнего конфуза с Бэнвиллом его слава аналитического гения изрядно потускнела.

– Нельзя чересчур доверяться с-словарям. А вот относительно шпиона он вам дал совет дельный. Мне надо было над этим задуматься с самого начала. В Эрмитаже наверняка был кто-то, шпионивший на Линда. Доктору было известно всё: и время вашего прибытия, и распорядок дня, и даже то, куда и в каком составе вы отправились на прогулку. Бэнвилл, Карр и Фрейби появились слишком поздно – они просто не успели бы всего этого выяснить.

– Кто же тогда шпион?

– Давайте думать. – Эраст Петрович сел в гостиной на диван, закинул ногу на ногу. – Постойте-ка… Ну конечно!

Он хлопнул себя по колену.

– Вы слышали, как П-почтальон вчера, на Ходынке, увидев вас, крикнул «Зюкин»? – Разумеется, слышал.

– А откуда он, собственно знал, что вы – Зюкин? Разве вы с ним з-знакомы?

– Нет, но он видел меня на почтамте и, естественно, запомнил.

– Кого он видел на почтамте? – Эраст Петрович вскочил на ноги. – Чиновника министерства земледелия и государственных имуществ. Почтальон должен был решить, что это переодетый Фандорин. Однако он каким-то образом понял, что это вы, хотя никогда п-прежде вас не видел. Откуда, спрашивается, такая сверхъестественная проницательность?

– Ну, очевидно, ему позднее разъяснил Линд, – предположил я.

– Хорошо, это очень даже возможно. Но откуда доктор-то знал о вашем участии в операции? Письмо, в котором я назначал встречу, было написано от моего имени, без какого-либо упоминания о вас. Разве вы кому-нибудь г-говорили, что стали моим помощником в этом рискованном деле?

Я немного поколебался и решил, что в таком ответственном деле скрытничать ни к чему.

– Когда мы проникли в Эрмитаж, я рассказал о наших планах двоим. Но когда я вам объясню, как это произошло, вы поймёте, что другого выхода…

– Кому? – быстро спросил Эраст Петрович. – Имена!

– Вы видели Ксению? – взволнованно перебил он меня. – Что она сказала? Я сухо ответил:

– Ничего. Она спрятала меня, и этого довольно.

– А кто был второй? – вздохнув, спросил Фандорин. – Мой московский помощник Сомов.