Корона жигана

А если раскроют подставу, тут же убьют! Жалеть не станут.

— А вы сумели бы внедриться в банду? — неожиданно спросил Дзержинский.

Чай уже давно остыл. На мутной поверхности плавали крохотные листочки. Игнат черпнул их ложкой и положил на край блюдечка, после чего чуток отпил. Холодный чай Сарычев не любил. Но не скажешь же об этом председателю ВЧК.

— Лучше меня с этим делом никто не справится.

Дзержинский вдруг расхохотался. Сарычев едва ли не в первый раз видел его в таком настроении. — И вы думаете, что они вас не опознают? У вас даже на руке якорь выколот.

Сарычев выглядел слегка смущенным. Он не любил, когда ему напоминали о наколке. Собираясь на встречу с Дзержинским, он тщательно застегнул рукава френча, чтобы председатель ВЧК не разглядел якоря. Игнат даже постоял перед зеркалом, слегка помахал рукой, пытаясь выяснить, не выглядывает ли наколка. Получалось, что упрятана она была очень надежно. А все-таки Феликс Эдмундович ее усмотрел. Глазастый!

— Верно, выколот, — легко согласился Игнат, широко улыбнувшись. — Только ведь сейчас в жиганы подались не только бывшие каторжане. Среди них есть разорившиеся нэпманы, много бывших солдат, встречаются даже бывшие сотрудники милиции. Неделю назад мне удалось изловить Яшку Хромого, так он, оказывается, и вовсе из царских офицеров. И морячков среди жиганов немало.

Дзержинский задумался. Узкая, клинышком, бородка строптиво дернулась, и, сцепив ладони в замок, он произнес:

— Дело очень рискованное… Если с вами что-то случится, это будет большая потеря. У большинства наших сотрудников нет ни опыта, ни соответствующего «образования», а вы человек все-таки подготовленный…

— Признаюсь, Феликс Эдмундович, я неоднократно раздумывал о наиболее эффективных способах уничтожения крупных банд. И кое-что надумал. В свою банду Кирьян меня не примет, это точно. Для него я совершенно чужой человек. Здесь нужны рекомендации от очень серьезных жиганов. На них же полагаться бесполезно. А потом, такие связи вырабатываются годами… Надо просто заставить его поверить мне, а потом заманить в ловушку.

— У вас есть какие-то соображения на этот счет?

— Я неплохо знаю Питер и питерских жиганов. У меня питерский выговор. Так вот, прежде чем встать к стенке, каждый из них прошел через меня и исповедался. Я знаю немало различных историй из их жизни и при желании могу сказать, что я был их участником. Месяц назад мы взяли жигана Фильку Упыря, так он разоткровенничался со мной и сказал, что если бы я его не сцапал, так он непременно взял бы в Москве один коммерческий банк. И даже рассказал, как бы все организовал. Я послушал его и понял, что это дело у него наверняка выгорело бы.