Северная Корона. Против ветра

Кларскому, человеку, в общем-то, далекому от сентиментальности, захотелось еще раз увидеть племянницу, но он понимал, что не сможет этого сделать – девочку, как он и просил, увезли. Зато для себя решил, что будет в курсе всех дел, творящихся с ребенком Марта. Иначе Андрей ему этого не простит.

Он вдруг подумал о том, каким бы отцом был его брат-психопат с неоднозначным внутренним миром и как бы вообще сложилась его жизнь, если бы он не погиб три года назад. Вывод был неутешительным: наверное, сейчас Март сидел бы в тюрьме вместо Макса, и ничего хорошего бы не было. Не мог его брат поменяться и после рождения Полины стать хорошим и добропорядочным человеком, живущим ради семьи. Может быть, это изначально и было заложено в его природе, но постоянные ходки и та давешня травма головы, когда Андрей спасал каких-то девчонок от пожара, полностью изменили его.

«Значит, такова была его судьба», – подумал Ник устало. Ему было жарко, а город стоял безветренный. Правда, голос внутри него вдруг добавил едва слышно:

Может быть, это действительно был выбор, сделанный Андреем Мартом. Может быть, его судьба. А может быть, жизненные обстоятельства, посланные жизнью, которые открывали перед человеком несколько дорог, одну из которых своим поведением и своими поступками тот выбирал.

Никита всей душой хотел иную судьбу.

К Нике домой Кларский приехал, как и обещал, в восемь часов вечера. Он вновь подстраховался – во двор к ней заехал на новом, взятом напрокат автомобиле, в обличии этакого мальчика-неформала с черными, несколько удлиненными волосами, уложенными в модную прическу. Кларский понимал, что рядом с Никой его не должны засечь, но перестраховался.

В подъезде он избавился от парика и быстро переоделся из молодежной свободной черной футболки с изображением падающего крылатого человека и названием какой-то русской рок-группы в привычную рубашку-поло, которая подчеркивала подтянутую фигуру и в меру крепкие плечи. Подумав, оставил в подъезде за мусоропроводом скейт. А после пешком поднялся до квартиры Карловых, где его с нетерпением ждали. Если честно, до встречи с родителями Ники парень был занят решением куда более важных вопросов, а потому даже и не парился по поводу того, как он будет разговаривать с ними и убеждать, что их единственная и драгоценная дочурка будет рядом с ним в безопасности. Но вот когда Кларский, надавив на звонок, вошел в знакомую квартиру семейства Карловых и натолкнулся на грозный взгляд исподлобья, принадлежащий забавному невысокому кругленькому субъекту с бородкой и залысинами, который в первую и единственную встречу с Ником едва не огрел его ботинком, летящим с антресолей, то как-то задумался по поводу линии поведения с родителями любимой девушки.