Северная Корона. Против ветра

 – Ну, чего молчишь? Кого ты там вспомнил?

– Одну реально хорошую девочку, – улыбнулся вдруг доброй улыбкой брюнет. Он решил вернуться к консерватории.

«Для меня ты хороший», – сказала она один раз, после того как пообещала сыграть на скрипке на его свадьбе.

Пусть лучше она сыграет в ней главную роль.

После всего, что случилось, Никита не нашел ничего лучшего, как привести Нику на набережную – в то самое место, где он был вчера.

Всю дорогу она молчала.

Не плакала, не заламывала руки, не кричала, а сидела спокойно, с отстраненным лицом – как человек, который сделал свой выбор и не собирался идти назад. Однако было в ее лицо нечто такое, что заставляло Кларского нет-нет да и тревожно поглядывать на девушку. Наверное, ему было бы легче, если бы она расплакалась, хотя Ник понятия не имел, как успокаивать плачущих девиц, да и вообще терпеть не мог слез.

По пути на набережную Нике позвонила мать.

– Ты еще не передумала? – первое, что спросила она. – Или мне стоит звонить приглашенным с нашей стороны и говорить, что свадьба отменяется?

Родственники еще не знали.

– Я сама позвоню, мама, – ответила Ника, и Людмила Григорьевна тотчас заподозрила неладное.

– С Сашей только что разговаривала, – призналась Карлова, прижав голову к окну. – Все объяснила.

– И как он воспринял? – почти испуганно спросила женщина, зная о довольно-таки взрывном характере несостоявшегося зятя.

– Отпустил, – просто отвечала Ника. – Прости, – вдруг добавила она. Никита глянул на нее, но ничего не сказал.

– А мне-то чего прощать? – фыркнула Людмила Григорьевна. – Я, конечно, свадьбу твою ждала, но раз ты против, заставлять тебя смысла не вижу. Пусть тебя Саша прощает. Приезжай, пожалуйста, уже домой. Обговорить все надо. Да и Никиту твоего я видеть тоже хочу. И папа тоже.

– Я не знаю, мам, получится это или нет, – осторожно ответила девушка.

– Надеюсь, получится, – отрезала женщина. – Мы ждем вас. А гостям я все-таки могу позвонить.

– Я сама, – упрямо сказала Ника.

Разговор закончился, Карлова вновь зависла в своих мыслях.

– Ника, – мягко позвал девушку по имени Кларский, когда они выезжали из города.

– Что? – спросила она. Взгляд ее хоть и был грустным, но очень нежным.

– Имей привычку говорить мне правду, – вновь довольно-таки мягким голосом сказал ей Никита. – Я не всегда могу точно угадать, что с тобой. Сейчас ты явно не в порядке.

– Не в порядке, – согласилась Ника. – Это естественно. И это пройдет.

– Сожалеешь? – неожиданно спросил молодой человек.

– Нет, – твердо ответила Ника. – Не сожалею, не дождешься. И вообще, я просто задумалась.

Она повернулась к водителю и провела рукой по его коротким светлым и жестким волосам, как будто бы заряжаясь от прикосновения энергией.

Никита не ожидал, что она будет улыбаться.