Корона полуночи

Мы может достичь фантастических результатов…

— Я знаю, — сказала она, глядя в зеленые глаза куртизана. Они сверкали совсем как «знаки Вэрда» над порталом. — Аркер, я все знаю.

Он не заметил кинжала, пока Селена не ударила его.

Но Аркер оказался проворным, очень проворным. Он вовремя сумел увернуться, и удар, направленный в сердце, пришелся в плечо.

Аркер попятился назад и быстро рванул кинжал. Селена пошатнулась, разжала пальцы и, чтобы не потерять равновесия, уперлась рукой в стену над порталом. Окровавленная ладонь скользнула по камням, и под пальцами вспыхнул зеленоватый свет. Один из «знаков Вэрда» погас.

Селене было некогда смотреть на результат своей оплошности. Бросив Дамарис, она выхватила два кинжала и с рычанием бросилась на Аркера. Куртизан достал свой кинжал и легкими, танцующими движениями увернулся от ее атаки.

— Я буду резать тебя по кусочкам! — прошипела Селена.

В это время пол задрожал от грохота. С той стороны портала послышался гортанный звук, больше похожий на вой.

Быстроногая предостерегающе заскулила. Она бросилась к Селене, прижалась к ногам хозяйки, толкая Селену в сторону лестницы.

Картина по ту сторону портала изменилась. Туман разошелся, обнажив пепельно-серую каменистую землю. Затем из тумана появилась фигура.

— Нехемия! — радостно прошептала Селена.

Принцесса вернулась, чтобы помочь и все объяснить.

Но из портала вышла не Нехемия.

Шаолу не спалось. Он смотрел на балдахин кровати, вспоминая завещание, найденное у Селены. Это завещание не давало капитану покоя. Тогда он покорно ушел, даже не объяснив, как он воспринял строки завещания. Возможно, он заслуживал ненависти Селены, но… но она должна знать: ему не нужны ее деньги.

Он должен ее увидеть. Пусть она его выгонит, но он должен ей об этом сказать.

Шаол потрогал шрам на щеке.

В коридоре послышались торопливые шаги. Кто-то шел, а может, и бежал сюда. Капитан выпрыгнул из постели, успев натянуть штаны. В дверь постучали. Не мешкая, он открыл дверь, пряча за спиной кинжал.

За дверью стоял Дорин. Лицо принца блестело от пота, а в глазах застыл страх. Дорин сжимал ножны с мечом, которые не успел прицепить на бегу.

Шаол привык доверять своей интуиции. Он считал, что без этого люди попросту не выжили бы. Беда ощущается сразу. Объяснения не нужны. В этом не было никакой магии. Просто чутье."

"То же чутье подсказало, с кем случилась беда. Прежде чем Дорин открыл рот, Шаол коротко спросил:

— Где?

— В ее спальне, — ответил Дорин.

— Расскажите мне все, — потребовал Шаол, возвращаясь в свою комнату.

— Я ничего не знаю. Я… мне кажется, она в беде.

Шаол быстро оделся. Оставалось прицепить меч.

— В какой именно?

— В такой, что я мог броситься только к тебе, а не поднимать гвардейцев.

Эти слова могли означать что угодно.