Двойник короля 12

Подполковник подошёл к шкафу, достал бутылку коньяка и два стакана.

— Выпьете, Ваше Высочество? — предложил он, наполняя стакан янтарной жидкостью.

Ростовский не ответил, но взял предложенный напиток. Сделал глоток, поморщился.

— Изучи бумагу, — приказал генерал. — Что именно они сделали?

Подполковник разложил документ на столе, приглаживая смятые от частого чтения углы. Достал из выдвижного ящика увеличительное стекло и начал методично исследовать текст.

— Мне кажется, дело в бумаге, — произнёс он после нескольких минут изучения. — Смотрите, здесь и здесь…

Военные склонились над документом. Ростовский прищурился, вглядываясь в указанные места.

— Вижу, — кивнул он. — Полупрозрачные вкрапления, словно…

— Манапыль второго порядка, — закончил за него Сосулькин. — Редкая вещь, даже в столице мало кто умеет с ней работать.

— Значит, император, — произнёс наконец генерал. — Никто другой не имеет доступа к таким ресурсам. Да и тут нужен артефактор минимум десятого ранга… Как же я не подумал об этом?

Зубы мужчины скрипнули.

— Связь с турками? — осторожно предположил подполковник. — Это серьёзное обвинение, Ваше Высочество.

Ростовский резко повернулся, в его глазах сверкнула ярость.

— А разве не об этом всё говорит? — он ударил кулаком по столу. — Посмотри, как красиво сложилось! Мы получаем приказ прекратить наступление, когда победа в кармане. Отправляем дипломата, которому я обещаю графский титул. Он возвращается с заключённым миром, но оказывается турецким беем с землями. А я только что сделал его графом!

Сосулькин стоял неподвижно, понимая, что лучше дать генералу выпустить пар. Ростовский в гневе — страшное зрелище.

— Дипломата пытаются убить свои же, — продолжал генерал, считая по пальцам. — Затем присылают дюжину его двойников, чтобы окончательно запутать ситуацию. На границе солдаты стреляют во всё, что напоминает Магинского. А когда настоящий всё-таки добирается, у него на руках оказывается документ без упоминания о землях и титуле бея. Идеальная западня!

Подполковник помассировал переносицу. Картина и впрямь складывалась неприглядная.

— Мой брат… — выдохнул Ростовский, и в его голосе звучала такая боль, что Сосулькин невольно отвернулся. — Я всегда знал, что он завидует моей популярности в армии. Но пойти на такое…

— У нас недостаточно доказательств, — осторожно заметил подполковник. — Это может быть работа отдельных лиц в окружении императора.

Генерал покачал головой.

— Такие вещи не делаются без его ведома, — произнёс он тихо. — Манапыль второго порядка не купишь на базаре. И настолько масштабную операцию не провернёшь без имперской разведки.

Военные молчали, каждый думал о своём. Князь понял, что брат решил окончательно от него избавиться.