Свита короля

Наконец Эндрю разжал пальцы, и рука, скованная металлом, безвольно повисла.

– Еще раз услышу – убью, – сказал он.

– Предупреждаю последний раз. – Встав рядом с Ваймаком, Курт мрачно посмотрел на Эндрю. – Если не умеешь себя контролировать…

– То что, урод? Что ты сделаешь? – зло перебил Натаниэль.

– То же самое касается и тебя, Натаниэль, – спокойно ответил Браунинг. – Делаю тебе второе замечание. Еще одно, и все это – он повращал пальцем в воздухе, имея в виду Лисов, – закончится. Не забывай, ты здесь с нашего разрешения.

Эндрю пошевелился, собираясь встать, и Натаниэль понял, что он намерен раз и навсегда заткнуть Браунинга. Зная, что прикасаться к Эндрю сейчас было бы ошибкой, Натаниэль придвинулся к нему вплотную и заключил его лицо в перевязанные ладони. Эндрю мог легко отшвырнуть его, однако после небольшой паузы вернулся в прежнюю позу. Натаниэль коротко поблагодарил его глазами и вновь смерил Браунинга ледяным взглядом.

– Не лги лжецу, – сказал он. – Мы оба знаем: я здесь, потому что без меня у вас ничего нет. Куча трупов не поможет раскрыть дело или вывести на денежный след. Я назначил цену за ответы, и ты на нее согласился, так что сними наручник с Эндрю, убери своего человека и не трать мои двадцать минут на никому не нужный выпендреж.

В номере повисла напряженная тишина. Браунинг обдумывал варианты – или делал вид, что обдумывает, хотя Натаниэль уже знал, чем все закончится. Если федералы позволили людям Хэтфорда беспрепятственно въехать в страну, значит, исчерпали все свои методы. Доказать, что Натан убил Мэри Хэтфорд, никто не мог – пока не мог, – а ненависть семьи Хэтфордов к Натану давно не секрет. Узнав о его освобождении, они сразу же купили билеты на рейс через Атлантику. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: этот визит вряд ли будет дружественным.

В конце концов Браунинг сделал знак своему подчиненному. Мрачный как туча Курт вытащил из кармана ключ. Ваймак развернулся, облегчая ему задачу. Эндрю не повернул головы, когда сняли наручник, и лишь размял пальцы, проверяя свободу движений, а потом уронил руку на бедро. Браунинг отошел к двери, забрав с собой Курта. На физиономиях у обоих читались недовольство и подозрительность. Напоследок Браунинг многозначительно посмотрел на часы, однако Натаниэль его проигнорировал. Удовлетворенный тем, что им наконец не мешают, он вновь переключил все внимание на Эндрю.

– Значит, твои проблемы в общении с людьми – все же не притворство, – заключил Миньярд.

– Я собирался тебе рассказать, – пробормотал Натаниэль.

– Я не вру. Я бы рассказал вчера, но они были в раздевалке.

– Кто «они»? – вмешался Браунинг.

Натаниэль немедленно переключился на немецкий.