Короли вкуса

— Мам? — прошептала она.

Мама лежала на полу. Рядом с ней на коленях стояла Софья и дрожащей рукой пыталась нащупать пульс.

Руки, ноги… все тело как будто налилось свинцом. Полина не могла заставить себя пошевелиться.

Ладонь Софьи исчезла из «кадра». Послышалось какое-то шуршание. А потом:

— Алло! Алло! Второй Печатниковский проезд, семнадцать, квартира тридцать два. Здесь женщина умерла. Приезжайте скорее…

13

В одно мгновение мир попросту рухнул.

Полина сидела в комнате на диване и смотрела перед собой невидящим взглядом.

Сколько прошло времени с тех пор? Всего ничего, или — целая вечность.

Вечность, которая вместила в себя и истерику, и пришедшую после нее апатию.

Не успела Софья закончить разговор со скорой, как в оставшуюся открытой дверь вошли двое полицейских, а потом как-то незаметно кухня превратилась в сцену детективного сериала.

Вспышки фотоаппаратов, куча полицейских и криминалистов, слова, слова, слова…

— Гражданка Круглова, нужно ответить на несколько вопросов."

"Полина вздрогнула, подняла голову и уставилась на одного из тех безликих и бессмысленных полицейских, что наводнили квартиру. Он стоял перед ней, заслоняя собой выключенный телевизор. Старенький телевизор, еще с выпуклым кинескопом, от которого, казалось, через десять минут просмотра начинают вытекать глаза.

— Что? — спросила Полина.

— Где вы были до того, как…

— Да вы рехнулись, что ли?! — послышался еще один голос.

В комнату вошла Софья. Полицейский неодобрительно оглянулся на нее.

— Девушка. Не мешайте работать.

— Эта девочка только что лишилась матери! — Софья бросилась к Полине.

— Я понимаю.

— Нет! Вы — не понимаете! Хотите кого-то допрашивать — допрашивайте меня, а она просто вернулась домой, как обычно. Она ничего не знает! Оставьте ее в покое.

— А вы, получается, что-то знаете? Почему вы оказались здесь?

— Потому что Ильичев отравился и умер сегодня на съемках, вот почему я здесь! — сорвалась на крик Софья. — Потому что Наташа не знала про яд, ее смена заканчивалась. Она просто дождалась, пока Ильичев отфутболит блюдо, и забрала эти чертовы пирожные! А я не смогла до нее дозвониться, и…

— Вот как, — усмехнулся полицейский. — «Просто забрала». То есть, по-вашему, это в порядке вещей — «просто» тащить домой все, что плохо лежит?

— Не смейте! — взвилась Софья. — При дочери — как вы можете такое говорить? Вот, так и знала, что вы… Хорошо, что я осталась. Не слушай его, Полиночка. — Она обняла Полину за плечи. — Твоя мама — святая женщина.