Короли вкуса

По этому номеру можно было прогуливаться под руку, а при желании — сыграть партию в теннис. Только вот Федор предпочитал другие виды парных игр.

— Чего?! — рявкнул он так, что Софья содрогнулась. — На двери табличка «Не беспокоить!».

За дверью что-то промямлили. Софья разобрала «срочно» и «передать».

Федор, рыча, закутался в халат, протопал к двери, рывком распахнул ее и наорал на кого-то из персонала. Так же, как он орал на участников шоу, на съемочную группу — на всех. В который уже раз Софья подумала, что даже если бы он ничего ей не обещал, она согласилась бы сделать то же самое лишь за то, чтобы он никогда так не орал.

Дверь захлопнулась. Федор, гневно сопя, вернулся к постели. Сел и вскрыл конверт. Софья не решилась подать голос, но через плечо Федора взглянула на содержимое конверта. И похолодела.

Фотографии.

Целая стопка.

Они с Федором держатся за руки в ресторане.

Они с Федором целуются в машине."

"Они с Федором в этом самом гостиничном номере, напротив панорамного окна: Федор полностью раздет, на ней — черные лакированные туфли на красной подошве и высокой шпильке, одолженные у подруги специально для поездки.

Ильичева возбуждали такие. Он давно сознался, что, не будь на Софье в день встречи этих туфель — прошел бы мимо, не обратив внимания.

На последней фотографии лежал клочок бумаги с небрежно написанным от руки словом:

«Позвоните».

И — номер телефона.

64

Андрей Загорцев улыбался.

Он ждал, пока его пирожные испекутся. Занял одну из двух имеющихся в кухне духовок и никуда не торопился. Крем был уже готов. Все было готово.

Он листал фотографии на экране смартфона, убивая время.

Удалить, не удалить? Шантаж — это ведь статья… Черт его знает, этого Ильичева. Вдруг ему плевать на любые скандалы и разоблачения? Вдруг сейчас, посреди шоу, сюда ворвутся полицейские и повяжут его — шантажиста?

В принципе достаточно того, что он уже показал Ильичеву. Если тот на крючке, то на крючке и останется, а если нет… Ну что ж, значит, Андрею всего-то-навсего придется распрощаться с мечтой всей своей жизни. Подумаешь!

Н-да. Это будет, конечно, полное дерьмо. А если добавить еще и уголовную статью… Решено: фотки надо удалить. Вот прямо сейчас, пока не забыл. Андрей посмотрел на иконку, изображающую мусорный бак. И снова перевел взгляд на фотографию, где запечатлелась обнаженная Софья в объятиях Ильичева.

Хороша все-таки девка! И понять ее можно: охрененная белокурая красотка, а муж — транс. Нафига они только расписались, интересно? Впрочем, люди разные. А уж таких, как эти, нормальному человеку вовсе не понять. Черт его знает, этого транса, может, сам жену под Ильичева и подложил — на что не пойдешь ради победы… Ладно, их проблемы. У Андрея своих хвата…

— Андрюх, горит!

Эти магические слова отключали вообще все.