Короли вкуса

А потом вдруг поняла, что задыхается. Попробовала ухватить воздуха, но не сумела. Горло сдавило, перед глазами поплыло. Настю она уже почти не видела.

До Вероники донеслись странные звуки. То, что это хрип и издает его она сама, понять не успела.

Тело налилось тяжестью. Вероника повалилась на бок.

— Простите, — дождавшись, пока хрипы прекратятся, задумчиво проговорила Настя. — Вы, кажется, довольно милая девушка… Я когда-то тоже была такой. А сейчас по-другому нельзя, понимаете? Никак нельзя.

Она огляделась по сторонам.

Этот зонтик присмотрела, еще когда направлялась к лестнице для встречи с Вероникой. Пока они шли по набережной, молилась про себя, чтобы его не успели занять.

Стоит в отдалении, дальше всех от фонтана, за ближайшим столиком расположились три молодые мамы, покрикивающие на детей, которые бегают вокруг фонтана с брызгалками. Уж этим точно нет дела ни до кого постороннего. Они и сейчас в ее сторону не смотрят.

— Матвей! — всплеснула руками одна из мам. — Что ты делаешь?! — вскочила с пуфа и бросилась к фонтану.

Две другие мамы, сочувственно качая головами, наблюдали за подругой. На Настю они, как и прежде, не обращали внимания.

Она достала из сумки перчатки, натянула на руки. Подошла к Веронике, поправила ее тело, придав ему более естественную позу, сложила руки Вероники на коленях. Босоножки поставила рядом с шезлонгом. Идеально — девушку разморило на жаре, задремала в тени. В ближайшие пару часов никому не придет в голову ее беспокоить. Вероятно, и до самого закрытия парка не придет.

Настя взяла со стола термос, завинтила крышку и убрала в сумку.

Уходя прочь, она не оглядывалась. Вытаскивала из телефона сим-карту, приобретенную по случаю едва ли не год назад.

53

Тимофей осознал себя в поезде метро. Стоял и смотрел в темноту за окном.

Как он здесь очутился? Провал. Цепочка причинно-следственных связей обрывалась после полученного письма…

Кажется, он все-таки поехал в Нескучный сад. Но когда? Который вообще час?! Тимофей судорожно зашарил по карманам и ощутил холодок. Холодок пробежал по коже, запустил щупальца внутрь, к сердцу.

Телефона не было.

Лишнее подтверждение тому, что после письма что-то пошло не так. Все пошло не так.

Эти люди кругом. Эти лица. Которые смотрят на него сверху вниз и задают вопросы, снова и снова, одни и те же. Тянут в свою вселенную, которую выдумали сами и в которой он, по их мнению, тоже обязан занять место.

Он не захотел становиться частью выдумки. Он встретился с реальностью лицом к лицу и нашел способ заставить ее рассказать правду. Бросил эту правду в их лица…

Что ж, выдумка им всем нравилась больше. Даже ей. Маме. Он до сих пор помнил ее заплаканное перекошенное лицо и крик: «Ты всегда его ненавидел! Всегда!»

Ей хотелось кого-то обвинить, а он оказался рядом.