Короли вкуса

— Ну… я недавно в журналистике, — решила «сознаться» Вероника. — Угадал. — И поспешила перевести разговор: — Теперь мне хоть понятно, почему они на этом шоу друг друга в клочья порвать готовы!

— Вот и я о чем, — кивнул Саша. — Хотя Корсаков с Соколовой даже меня удивили. Это ж надо было додуматься с мукой! Не удивлюсь, если сама Соколова Загорцеву такой вариант и предложила… Теперь уж у него не спросишь. А эти двое, понятное дело, все на него спихнут. А еще мне самому уже интересно, для чего твоя Измайлова в Москве осталась. Вдруг тоже у любовника живет? Продюсера какого-нибудь?

— А Измайлова что — в Москве? — Вероника почувствовала, как сердце кольнуло страхом.

Мелькнуло воспоминание, слова, произнесенные хриплым голосом: «Это она». И раскроенная об асфальт голова Загорцева…"

"«Она» — женщина, у которой не дрогнула рука столкнуть человека с восьмого этажа. Такая уже наверняка ни перед чем не остановится.

Вероника вдруг поняла, что, оказывается, ничего так не ждала, как небрежных слов Саши: «Дома твоя Измайлова. Я проверил — сидит спокойно у себя в Нальчике». И тогда Тимофею пришлось бы придумывать другую версию. И еще какое-то время можно было бы не бояться…

— Ага, — кивнул Саша. — Она сразу предупредила, что задержится. Город посмотрит, по магазинам полазит. Живет то ли у сестры, то ли еще у какой-то родственницы. Она и адрес ее дала, и телефон — под подписку о невыезде положено второй номер для связи оставлять… Эй! С тобой все нормально?

— Да. — Вероника с трудом выдавила улыбку. — Спасибо. Просто жарко тут.

45

«Это всего лишь телефонный звонок», — уговаривала себя Вероника, глядя на записанный номер.

Набрать его не решалась вот уже полчаса — с тех пор, как Саша, с насмешливым пониманием понаблюдав за тем, как она нетерпеливо ерзает на стуле, распрощался и ушел.

Вероника дважды набрала Тимофея — вдруг он передумал, вдруг уже не надо звонить Леопардихе? Но Тимофей не отвечал. Наверное, все еще в полиции. Эх, надо было все-таки согласиться на Сашино предложение проводить ее домой и звонить из дома! Мой дом — моя крепость, там спокойнее. С одной стороны. А с другой — дома она одна, а здесь — кафе, кругом люди. Здесь Леопардиха не рискнет ее убивать…

«Да что за чушь! — одернула себя Вероника. — Какое, на фиг, убийство? Леопардиха понятия не имеет, кто ты такая. И даже если бы знала, где ты находишься, — Загорцев мертв. Леопардиха уверена, что теперь уж полиция ее не заподозрит. Да и звонит все-таки не абы кто, а представитель потенциального работодателя. Грех не пообщаться… Все. Решено. Выкидывай этот бред из головы — и вперед».

Она тяжело выдохнула и набрала номер. Хоть бы и этот выключен. Хоть бы отложить проклятый разговор…

Гудки. Долгие.