Короли старшей школы

Особенность здоровяка, моего мужчины, в том, что он берет ровно столько, сколько дает, и так уж получилось, что я сама хочу этого.

Я прыгаю, с легкостью обхватывая его ногами.

Его руки опускаются, скользят под моими ягодицами, и он идет внутрь.

Он ни разу не сводит с меня глаз, вслепую несет меня в домик, через несколько комнат и через дверь, но даже не пытается заглянуть в спальню.

Он быстро поворачивается, оставляя дверь широко открытой, и прижимает меня спиной к стене.

Его бедра обхватывают меня, так что его руки остаются свободны и медленно скользят вверх по моим ребрам и груди, пока его большие пальцы не встречаются с моими губами.

Он впивается взглядом в мой рот, сердитые морщинки образуются между его бровями, и его тело придвигается ближе, между нами не остается даже воздуха. Его голова опускается и наклоняется, но когда он оказывается на расстоянии волоска от моих губ, его глаза встречаются с моими.

– Ты моя.

– Да, здоровяк. Твоя.

– Покажи мне.

Я не колеблюсь.

Я прижимаюсь губами к его губам, и он впивается в них так сильно, словно наказывает.

Его руки скользят вверх по моим бедрам, забирая с собой мое платье, и вот он скользит пальцами под мои стринги. Он крепко сжимает мою задницу, прижимая меня к себе.

Мои руки ложатся на его волосы, и я тяну их к себе. Внезапно моя спина отрывается от стены, и мы передвигаемся.

В следующую секунду я падаю на свежие простыни, которые он постелил на кровать.

Он не ждет, забирается между моих ног в ту же секунду.

Его галстук касается моего горла, и я тяну за него.

Он рычит, но делает, как ему велят, и подставляет мне свой рот.

Вслепую я сдергиваю с него одежду, пока он делает то же самое со мной, и каким-то образом к тому моменту, как я оказываюсь уже совершенно голая, мне удалось только сбросить с него ботинки и снять пиджак.

Я толкаю его в грудь, и он с рычанием подчиняется, стоя передо мной.

Я подтягиваюсь к краю кровати, становясь на изножье матраса, так что ему приходится смотреть на меня снизу вверх.

Его руки обхватывают мою задницу, сжимают, он ловит мой рот, захватывая мою нижнюю губу зубами.

Его глаза горят, он открывает и закрывает их, глядя мне прямо в лицо."

"Он проводит языком по моим губам, пока я расстегиваю пуговицу на его рубашке, я смотрю на него, когда расстегиваю золотую цепочку, свисающую с его шеи, на которой болтается ключ.

Я поднимаю его, читая надпись на застывшем металле.

Семья – это не только общая кровь.

– Твой символ Брэйшо. – Я смотрю ему прямо в глаза. – Ты никогда не носил его. Почему именно сейчас?

– Я не понимал этого раньше, теперь понимаю. – Он поднимает руку и накрывает ей мою. – Это мой ключ к этому миру, к тебе, к нашему будущему. – Его хватка обещающе сжимается.