Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

— Жена выбрала покупки, верно?

— Да.

— Вы их одобрили.

— У нее отличный вкус.

— Ну так и платите за ее отличный вкус!

— Но почему я? — вскочил Карл фон Мель.

— А кто — я?

— Вы! Конечно вы!

— Почему?

— Потому что вы муж этой прелестной молодой женщины?

— Я ее муж?!

— Вы!

— А вы кто?

— Я — немец! Владелец ювелирной лавки на Фонтанке!

— А я, по-вашему, император Наполеон?

— Почему? По-моему, вы доктор Лифшиц.

— А вы — сумасшедший! — окончательно вышел из себя Лифшиц. — И вас давно пора лечить! Ваша жена мне все о вас рассказала!

— Моя жена? Она ничего не могла рассказать. Ее здесь нет, она в Германии. Я здесь пока один!

— А кто эта молодая женщина?

— Которая покупала бриллианты? Ваша жена. Ваша молодая красивая жена!

— Моя жена — Сара! Она старая! И бриллианты никогда не покупала!

— Платите мне деньги, двадцать восемь тысяч! — завопил разъяренный немец."

"— Санитары! — ринулся к двери доктор Лифшиц. — Свяжите его — он буйнопомешанный! В лечебницу!

В кабинет ворвались три санитара, набросились на испуганного ювелира и принялись связывать его крепкими простынями.

* * *Вскоре Сонька уже была в гостинице. В сопровождении Красавчика и Улюкая она шла к своему номеру, неожиданно увидела в коридоре Арона. Он попытался придержать ее, она коротко приказала ворам:

— Уберите его.

Те взяли Арона за руки, он попросил:

— Два слова, Соня…

— Я все уже знаю.

— Не знаешь. Я хочу, чтоб ты простила меня.

— А я хочу, чтоб ты пошел вон.

— Соня!

— Вон.

Воры снова взялись за Арона, и Улюкай поинтересовался:

— Сонь, бить его?

— Отпустите. Он и без того жизнью вдаренный.

Когда Арона уводили по коридору, он, оборачиваясь, крикнул:

— Смотри, сучка, пожалеешь! Сама приползешь, да поздно будет — не прощу унижения, не приму! И выблядка твоего не признаю!

Воры оглянулись на хозяйку, и она кивнула:

— Пригладьте его. Только без увечий.

* * *Гостиничный номер, где остановилась Соня, был большой и довольно дорогой. Воровка лежала на изящном диванчике и читала, когда раздался стук в дверь. Улюкай, дремавший в прихожей в качестве охранника, быстро поднялся, спросил через дверь.

— Прошу открыть, — послышался старческий голос. — Это здесь принимают бездомных и замерзших?

Сонька сразу узнала голос старого вора Левита Сандановича, бросилась к двери.

Улюкай впустил старика, и девушка с визгом повисла на шее гостя.

— Ну, ну, поаккуратней! — заворчал тот. — Если ты думаешь, что мне двадцать лет, то сильно ошибаешься.

Санданович прошел в номер, передал Улюкаю тяжелую трость и промокшую шляпу, сам с удовольствием рухнул в кресло.

— Хочу задать вам, девочка, вопрос.