Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

— А где вы были все это время?

— Где я была? — переспросила воровка, бросив быстрый взгляд на пани. — Как-нибудь я постараюсь тебе объяснить. Сейчас просто не ко времени."

"— Да, — торопливо поддержала пани Мария. — Вы, Соня, уже опаздываете. Через час у вас поезд.

— Вы уезжаете? — то ли удивилась, то ли испугалась Табба.

— Да, дочь, мне пора, — Сонька поднялась, поцеловала девочку в лоб. — В следующий раз я останусь надолго. Или заберу тебя с собой. Верно, пани Мария?

— Да, конечно, — растерянно кивнула та. — Время покажет…

Воровка двинулась в прихожую, пани Мария и Табба следовали за ней. По пути Сонька достала из сумочки туго скрученную пачку денег, незаметно сунула пани и прошептала:

— Больше у меня пока нет.

— Вы что? — удивилась та. — Ничего не надо. У нас есть все.

— Я прошу. Хотя бы что-то от меня.

— Спасибо.

В прихожей Сонька низко поклонилась хозяйке, еще раз поцеловала девочку.

— Спасибо вам.

Неожиданно Табба вцепилась в руку матери.

— Не уходите, — в ее глазах стояли слезы. — Я так долго ждала вас. Пожалуйста.

Пани Мария попыталась отцепить ее, но девочка не отпускала и все повторяла.

— Не уходите! Я должна поговорить с вами. Мне надо поговорить. Умоляю!

— Мама еще вернется, непременно вернется, — убеждала пани, стараясь увести плачущую девочку. — Таббочка, поверь. Маме нельзя задерживаться, она опаздывает.

— Да, я опаздываю. Но я вернусь. Обязательно вернусь! Прости меня, доченька. — Сонька попятилась к двери и уже на площадке услышала отчаянный крик ребенка в квартире:

— Если ушли, то больше не возвращайтесь! Ненавижу вас! Всегда ненавидела, а теперь еще сильнее! Я не хочу вас видеть!

Воровка сломя голову бросилась по лестнице вниз.

* * *Сонька брела по Невскому проспекту, плача тихо и отчаянно. Прохожие обращали на нее внимание, некоторые даже придерживали шаг, но она никого не видела и не замечала. Вытирала платочком глаза, сморкалась и снова захлебывалась в слезах.

Рядом остановилась карета, из нее вышел элегантный господин и направился к убитой горем женщине. Представился:

— Князь Обертынский. Могу чем-нибудь вам помочь?

— Нет, спасибо, — усмехнулась Сонька. — Это личное.

— Не часто приходится видеть элегантную даму, столь открыто страдающую на людях.

Сонька обратила внимание на дорогие украшения на пальцах князя, на усыпанный изумрудами брелок, свисающий из карманчика брюк.

— Знаете, сударь, мне сейчас не до людей. Мне бы справиться с эмоциями и как-нибудь добраться домой.

— Карета к вашим услугам.

— Нет, благодарю. Если возможно, помогите перейти на другую сторону проспекта. Я боюсь проносящихся экипажей.

— Как прикажете, мадам.

Князь аккуратно взял Соньку под руку, выждал, когда повозок на проспекте станет меньше, и повел ее на противоположную сторону.