Как найти королеву Академии?

– У меня тело теплое, а душа… кто же ее знает, – усмехнулась я и попросила: – Можно посмотреть альбомы по искусству эпохи рассвета магицизма?

Призрак бодро отбарабанил, на каких полках находится искомое, и я довольно быстро набрала охапку книжек и толстых глянцевых альбомов. Потом отыскала уютный столик, прятавшийся за стеллажами, и устроилась там на ближайшие несколько часов.

Необходимо было не только рассматривать работы мастеров, стиль которых я хотела скопировать, но и набивать руку. «Пять-десять набросков, – говорилось в инструкции, – прежде чем начинать творить настоящую картину».

Я решила сделать несколько копий готовых работ только в графике, а потом попробовать воплотить свою задумку для флага в миниатюре.

От зелья чувствовалось легкое головокружение, но оно почти не беспокоило и усилилось, лишь когда я принялась рассматривать работы известных мастеров живописи. Мой взгляд словно проникал сквозь картину, и казалось, я вижу, как она слой за слоем создавалась. Удивительное ощущение. Я была настолько погружена в процесс, что не замечала никого и ничего вокруг. Существовала только я, картины и больше ничего.

Рука сама потянулась за блокнотом и карандашом. Я начала черкать, не отрываясь от просмотра репродукций. Мое внимание привлекла работа тосриканского автора прошлого столетия. Она называлась «Утро Северной Розы». Под «Северной Розой» подразумевалась удивительно красивая, хрупкая девушка в прозрачном одеянии, возлежавшая на кровати. Она только проснулась, а возлюбленный уже протягивал ей гроздь винограда. К слову сказать, возлюбленный, одетый в одни лишь брюки, тоже был удивительно хорош. Высокий, стройный, с шикарно прописанной мускулатурой. Я даже залюбовалась и красивым торсом, и работой художника."

"Подумала, что забавно сделать девушку похожей на меня, а парня – на Джевиса. Карандаш летал над бумагой. И получалось довольно неплохо. Зелье оказалось действенным. Я, честно сказать, боялась, что его эффект сильно преувеличен и без минимальных врожденных данных не обойтись. Но производители не врали, когда обещали талант в одно мгновение.

С парнем оказалось чуть сложнее. Я начала прорисовывать фигуру, старательно высунув от усердия язык, всё больше отрешаясь от реальности. Мне казалось, я и сама стала частью картины, оказавшись в какой-то параллельной вселенной, когда услышала за спиной знакомый смешок. Вздрогнула и повернулась, встретившись взглядом с магистром Ноксом.

Он был в распахнутой на груди рубашке, и я могла разглядеть вязь татуировок, идущих по шее, словно замысловатое колье или удавка.

– Тебе не кажется, что ты рисуешь неправильно? – поинтересовался он низким, хриплым голосом.