Королевство стужи и звездного света

Каждое ее движение отзывалось во мне волной тепла. Эта непринужденность, с какой Фейра обняла меня за плечи… Эта независимость во взгляде… «Села здесь, но могла бы сесть и в другом месте».

Моя истинная пара.

– Значит, Таркин не празднует День зимнего солнцестояния? – спросила она Вариана.

Вариан покачал головой.

– Нам бы стоило его пригласить, – сказала Фейра, рассуждая вслух.

– Еще не поздно, – подхватил я.

Котел мне свидетель: сейчас мы, как никогда, нуждались в союзниках.

– Решение за тобой, принц, – сказал я Вариану.

Вариан внимательно посмотрел на Амрену. А ее целиком поглотила игра света в бокале.

– Я подумаю.

Я понимал щекотливость положения Вариана. Таркин был его верховным правителем. Появись Таркин здесь, внимание принца целиком сосредоточится на господине. А Вариану хотелось провести эти дни с Амреной.

Мор плюхнулась на диван, растолкав Кассиана и Азриеля.

– Мне нравится праздновать в узком кругу, – объявила она, тряхнув золотистыми локонами. – Только мы и… Вариан, – добавила она, чуть не выпалив: «И больше никого».

Вариан лучезарно улыбнулся моей двоюродной сестре. Она спасла положение.

Часы на мраморной полке над очагом пробили восемь. Словно в ответ на их звон, в гостиную впорхнула Элайна.

Мор тут же вскочила, предлагая ей вино. Я бы сказал, даже настаивая. Это было очень похоже на Мор.

Элайна вежливо отказалась, сев в эркере окна. Иного от нее я не ожидал.

Фейра хмуро глядела на часы. «Неста не придет».

«Ты приглашала ее на завтра», – ответил я по связующей нити, ласково погладив Фейру, тоже по нити. Впрочем, мои ласки не заглушили ее досаду. Ладонь Фейры сжала мое плечо.

Я поднял бокал. Все затихли.

– За семью: старую и новую. И за начало праздника.

Все дружно осушили бокалы.

Глава 17

Фейра

Меня разбудил солнечный свет, усиленный снежным блеском. Он пробивался сквозь щель между бархатными шторами, напоминая, что начался самый короткий день в году, который быстро сменится самой длинной ночью.

Не скажу, что этот лучик меня сильно обрадовал. Я перевернулась на другой бок. Щека наткнулась на твердое и шуршащее, и вряд ли это было подушкой.

Во рту пересохло. Я терла левый висок, ломящий после вчерашнего торжества, когда мы час за часом пили, смеялись и снова пили. Так продолжалось далеко за полночь. А теперь – последствия. Я с трудом приподняла голову, намереваясь рассмотреть твердый предмет.

Подарок, завернутый в черную креповую бумагу и перевязанный серебристой ленточкой. Чуть поодаль – улыбающееся лицо Риза.

Он лежал, подперев голову рукой. Постель накрывали его крылья.

– С днем рождения, дорогая Фейра.

– И как у тебя получается улыбаться после рек вина? – проворчала я.

– Я не выпивал один всю бутылку, только и всего, – ответил он, водя пальцем по моей спине.