Королевство стужи и звездного света

 – Забывать о себе тоже нельзя. Если есть желание писать картины, не надо его подавлять.

– В Веларисе до сих пор не у всех есть жилье. Ютятся, кто где.

– И все равно это не повод забывать о себе.

– Еще вот что. – Я прильнула лбом к его лбу, вдыхая знакомый запах лимона и моря. – У меня полным-полно сюжетов, которые просятся на холст и даже требуют. Если я выберу один и начну писать картину… не знаю, готова ли я увидеть то, что выплеснется из-под кисти.

– Понимаю. – Риз гладил меня по спине, стараясь успокоить. – Если ты не готова пойти к художникам через два дня – не беда. Пойдешь через два месяца. Но тебе обязательно нужно сходить и попробовать.

Риз оглядел спальню, потом уперся взглядом в толстый ковер:

– Если хочешь, превратим твою старую спальню в мастерскую.

– Не надо, – перебила я. – Окна там дают не слишком много света… Не удивляйся. Я проверяла. Единственное пригодное место – гостиная, но не думаю, что нашим понравится запах масляных красок.

– Вряд ли кто-то станет возражать.

– Я сама возражаю. И потом, мне нравится уединение. Меньше всего хочется видеть у себя за спиной Амрену, критикующую каждый мазок.

– Амрену мы утихомирим, – пообещал Риз.

– В таком случае мы говорим о разных Амренах.

Риз улыбнулся, еще крепче притянул меня к себе:

– Между прочим, День зимнего солнцестояния еще и день твоего рождения.

– И что?

Я старательно пыталась вытравить эту дату из собственной памяти и памяти других.

Улыбка Риза превратилась в кошачью ухмылку.

– А то, что ты получишь сразу два подарка.

– И зачем только я тебе проболталась?

– Иначе и быть не могло. Ты родилась в самую долгую ночь года.

Пальцы Риза гладили мою спину, опускаясь все ниже.

– Это значит, что тебе с самого начала судьба предписала быть рядом со мной.

Его пальцы достигли моей поясницы, затем ягодиц. Поглаживания сделались ленивыми. Я стояла перед ним, и Риз, конечно же, сразу учуял волну моего внутреннего жара. Мне было трудно выговаривать слова. На выручку пришла связующая нить. «Свою мысль я рассказала. Жду твоей».

Риз поцеловал меня в пупок:

– Помнишь, как ты впервые совершила переброс и опрокинула меня в снег?

Я шлепнула его в плечо и чуть не отбила ладонь о каменные мускулы.

– И это ты называешь «мысль за мысль»?

Теперь его пальцы кружили по моему животу.

– Твоя атака была по-настоящему иллирианской. Прекрасная форма, прямой удар. Но потом ты оказалась на мне. Я и сейчас слышу твое шумное дыхание. Мне тогда больше всего хотелось, чтобы мы оба были голыми.

– И почему меня это не удивляет? – спросила я, вновь запуская пальцы в его волосы.

Теплый халат показался мне тонким, как паутинка. Под ним – ничего.

– Все эти месяцы ты сводила меня с ума. Я и сейчас еще не до конца верю, что ты рядом. Моя.

У меня сдавило горло.