Королевство шипов и роз

Я хотела подойти к Тамлину, коснуться его, попросить прощения за все, что сделала, за тех, чьи тела лежали невдалеке от моего. Но я сейчас витала в другом мире.

Кто-то встал рядом с Ласэном: высокий, красивый, похожий на него фэец. Ласэн даже не взглянул на отца, но сжался, когда верховный правитель Двора осени подошел к Тамлину и протянул ему руку, сжатую в кулак.

Тамлин встрепенулся, едва верховный правитель разжал пальцы и положил их поверх его пальцев. Из них выпорхнула искорка и упала на мое мертвое тело. Успев вспыхнуть, она исчезла у меня в груди.

К Тамлину подошли еще двое — оба красивые и молодые. Я сразу же их узнала. Смуглый, одетый в зелено-голубой камзол — верховный правитель Двора лета. Его светлые волосы украшала гирлянда из роз. Его спутник, одетый в серое и белое, отличался белизной кожи. У этого фэйца на голове сверкала ледяная корона. Верховный правитель Двора зимы.

Расправив плечи и подняв головы, оба правителя даровали мне по искорке. Тамлин молча им поклонился.

Подошел еще один верховный правитель и тоже отдал мне крупицу света. Он и сам светился. По его одежде, где перекликались золотистые и рубиновые тона, я поняла: это верховный правитель Двора зари. Подошел правитель Двора дня, одетый в белое и золотое. Его шоколадно-коричневая кожа светилась изнутри. Он подарил мне искорку света и, прежде чем отойти, печально улыбнулся Тамлину.

Последним подошел Ризанд, неся с собой осколок моей души. Тамлин внимательно посмотрел на него… на нас. Ризанд протянул руку.

— За жертву, принесенную ею, — сказал он, — мы даруем ей то, что наши предки даровали очень немногим… Это уравнивает нас, — добавил он.

Даже сейчас он шутил!

Но Ризанд разжал пальцы, и частица его света тоже упала на мое неподвижное тело."

"Тамлин осторожно убрал мне с лица тусклые, грязные пряди волос. Его рука ярко осветилась, словно восходящее солнце. На ладони появился странный, сверкающий бутон.

— Я люблю тебя, — прошептал Тамлин.

Он поцеловал меня и приложил сверкающую руку к моему сердцу.

Глава 46

Все вокруг было черным, теплым и густым. Потом черные края подернулись золотом. Я барахталась, силясь вырваться на поверхность, где меня ждали Тамлин и возвращенная жизнь. Выше, еще выше. Мне отчаянно не хватало воздуха. Золотистый свет нарастал, а темнота приобретала цвет искрящегося вина. Плыть становилось все легче. Вокруг меня шипели пузырьки — и…

Я шумно вздохнула. В мое горло хлынул воздух.

Я лежала на холодном полу, не испытывая ни малейшей боли. Не было ни крови, ни переломанных костей. Я заморгала. Надо мной висела люстра. Раньше я и не замечала прихотливой огранки ее хрустальных подвесок. Люстра странным образом отражала гул голосов. Стало быть, я вернулась в тронный зал… живая.