Королевство крыльев и руин

Потом сообразила, что кровь чужая. Принюхалась…

— Эрис? Так ты его…

— Фейра его пощадила, — сказал Азриель.

Вокруг крыльев «певца теней» кружились тени. Белый снег делал их еще рельефнее.

— Она пощадила всех.

Ласэн напряженно поглядывал на моих друзей. Я не знала, известно ли ему о помолвке Мор с его старшим братом… Я Ласэна о таких вещах не спрашивала. Даже любопытства не возникало.

— Тогда отправляемся домой, — сказала Мор, тряхнув золотистой гривой.

— Куда именно? — осторожно спросила я.

Мор вновь повернулась к Ласэну. Мне стало почти жаль его. Взгляд Мор иногда бывал очень тяжелым. Такое случалось, когда она выносила суждение. Даром Морриганы была чистая правда.

Уж не знаю, что́ она увидела в Ласэне, но ей этого было достаточно, чтобы сказать:

— В городской дом. Там тебя кое-кто заждался.

Глава 14

Живя у Тамлина, я не позволяла себе мечтать о возвращении. Запретила воображению показывать, как я вновь оказываюсь в знакомой прихожей, стены которой обшиты деревянными панелями. Это сразу бы потянуло все остальное: крик чаек, парящих в вышине над Веларисом, реку Сидру, воды которой пахли морем, тепло солнечных лучей, струящихся сквозь окна.

Мор перебросила всех нас и теперь стояла у меня за спиной, переводя дыхание. А мы все следили за Ласэном, попавшим в совершенно иной мир.

Его металлический глаз бешено вращался, а живой тревожно оглядывал комнаты, примыкавшие к передней: столовую и гостиную, что выходили на фасадный дворик и улицу. Оттуда его взгляд переместился к лестнице на верхние этажи и уперся в коридор, который вел на кухню и сад внутреннего двора.

Ласэну не верилось, что этот дом находится в шумном городе.

Кассиан встал у перил лестницы, скрестив руки, а презрение в глазах не сулило ничего хорошего. Азриель стоял рядом со мной. Вокруг костяшек его пальцев клубились тени. Оба выглядели так, будто привыкли развлекаться, истребляя сыновей верховных правителей.

Интересно, знал ли Ласэн, как много зависит от первых произнесенных им слов? По сути, они решат его дальнейшую участь. И какова моя роль во всем этом?

Впрочем, я не играла никакой роли. Я принимала окончательное решение.

Мои друзья были гораздо старше и опытнее меня, но, став верховной правительницей, я превзошла их по положению. И сейчас от меня зависело, позволят ли Ласэну оставаться на свободе или сделают пленником Двора ночи.

Их напряженное молчание подсказывало: пусть Ласэн сам решит свою судьбу.

Наконец он отважился взглянуть на меня. На всех нас.

— Надо же… на улицах смеются дети, — произнес Ласэн.

Я даже заморгала. Ласэна удивил детский смех на улицах. Похоже, он этого не слышал очень и очень давно.