Королевство крыльев и руин

И если вы, собравшиеся здесь, задаетесь вопросом, что сталось с той смертной девушкой, пришедшей в Подгорье, дабы нас спасти… Посмотрите на того, кто сидит рядом с нею. Спросите, какие выгоды он намеревается получить… какие выгоды они оба намереваются получить в результате этой войны или предотвращения оной. Готовы ли вы сражаться с Сонным королевством, чтобы потом оказаться под властью королевы и короля Притиании? Она наглядно показала свои амбиции. Что же касается его… вы собственными глазами видели, с какой готовностью он служил Амаранте, только бы самому остаться невредимым.

Я едва сдерживалась, чтобы не зарычать и не броситься на Тамлина.

— Отлично сыграно, Тамлин, — мрачно рассмеялся Риз. — Ты учишься.

Это еще сильнее подхлестнуло гнев Тамлина. У него даже лицо перекосило. Но он быстро совладал с собой и повернулся к Каллиасу:

— Ты спросил, почему я здесь? Этот же вопрос я могу задать тебе.

Тамлин кивнул в сторону верховного правителя Двора зимы, Виваны и двух других членов их свиты, хранивших молчание.

— Неужели после того, что случилось в Подгорье, у вас еще хватает духу сотрудничать с ним?

Палец Тамлина указывал на Риза. Мне отчаянно захотелось оторвать этот палец и скормить Мидденгардскому червю.

Серебристое сияние, окружавшее Каллиаса, потускнело. То же произошло и с Виваной, хотя она и сказала:

— Мы прибыли сюда, чтобы самим разобраться в этом.

Мор вопросительно смотрела на подругу, но Вивана впервые за все это время не взглянула на нее. Жена Каллиаса смотрела только на него.

— Я не имел никакого отношения к случившемуся тогда, — тихо сказал Риз, обращаясь к ним и ко всем остальным. — Никакого.

Глаза Каллиаса вспыхнули ледяным пламенем.

— Ты стоял возле ее трона, когда был отдан приказ.

Я в ужасе смотрела, как бледнеет золотистая кожа Риза.

— Я пытался ее остановить.

— Расскажи это родителям наших детей, которых она убила, — возразил ему Каллиас. — Что ты пытался.

Надо же, я совсем забыла это звено в цепи злодеяний Амаранты. Трагедия произошла, когда я еще была смертной женщиной и жила при Дворе весны, очень многого не зная. Кто-то из доверенных лиц Ласэна при Дворе зимы сумел сообщить ему, что у них от страшной «болезни» погибло более двух десятков детей. Имя Амаранты боялись произносить вслух.

У Риза напряглись челюсти.

— Не проходит дня, чтобы я не вспомнил про тех детей, — сказал он, обращаясь к Каллиасу, Виване и их спутникам. — Да, не проходит дня.

Об этом я слышала впервые.

Однажды Риз сказал, что есть воспоминания, которыми он не может делиться ни с кем. Даже со мной. Тогда я решила, что они касаются лишь издевательств и унижений, каким его подвергала Амаранта. Оказывается, он был вынужденным свидетелем ее зверств, чинимых над другими.