Королевство шипов и роз

— Тогда чем ты хочешь заняться? — спросил Тамлин, глядя на меня.

* * *Тамлин вел меня по коридорам. Легкий ветер дул в раскрытые окна, лаская мне лицо и принося аромат роз.

— Странно, — нарушил молчание Тамлин. — Ты ездила на охоту, не испытывая интереса к этому занятию. Неудивительно, что вы оба возвращались с пустыми руками, — добавил он, мельком взглянув на меня.

Ни следа холодного, отстраненного зверя, каким он предстал передо мной ночью. Ни следа рассерженного фэйского аристократа, говорившего с Ласэном. Казалось, я вижу настоящего Тамлина.

Но я не настолько глупа, чтобы усыпить свою бдительность и пойматься на его вроде бы естественное поведение. Чего уж там естественного, если на его землях неспокойно и опасно? Одно то, что Тамлин расправился с богге, делало его самым опасным существом из всех, что встречались на моем пути. Я не знала, как себя вести и о чем говорить.

— Как твоя рука? — спросила я, радуясь, что нашла тему для разговора.

Он согнул пальцы перевязанной руки. Бинты оставались белыми, без следов крови. Даже слишком белыми на фоне его загорелой кожи.

— Забыл тебя поблагодарить, — спохватился Тамлин.

— Это не обязательно.

Тамлин покачал головой. Его волосы поймали утреннее солнце и засияли, как будто сами были сотканы из солнечного света.

— Для фэйской знати опасен не сам укус богге, а то, что раны медленно затягиваются. Это может нас погубить, и губит. Так что прими мою запоздалую благодарность.

Я лишь пожала плечами.

— Кстати, где ты научилась так ловко перевязывать раны? Твоя повязка не стесняет движения.

— У нас это называется методом проб и ошибок. Сегодня поранилась, а завтра нужно снова натягивать тетиву. Отсюда и такие повязки.

Мы свернули в другой коридор, успевший прогреться солнцем. Я поймала на себе пристальный взгляд Тамлина, его губы, как всегда, были плотно сжаты.

— О тебе когда-нибудь заботились? — спросил он.

— Нет, — дерзко ответила я.

Когда-то меня это угнетало. Я даже плакала. Но затем убедилась: жалость к себе только мешает жить. И потом, мне было привычнее заботиться самой.

— А охотиться ты тоже училась методом проб и ошибок?

— Иногда охотники брали меня в лес. Чаще я увязывалась за ними. Смотрела, как делают они, потом упражнялась. Если мои стрелы летели мимо цели, мы ложились спать голодными. Мне поневоле пришлось научиться стрелять без промаха.

В его зеленых глазах появлялись янтарные отблески. Даже сейчас в облике Тамлина было что-то от грозного зверя-воина.

— Скажи, ты всерьез собиралась пустить в ход нож, который стянула со стола? — вдруг спросил он.

Я обмерла:

— Откуда ты знаешь?

Мне показалось, что у него под маской поднялись брови.

— Меня этому учили. Но тебя выдал страх. Я его учуял.

— А я-то думала, никто и не заметит.