Извращенное королевство

В груди все трепещет, когда я вижу его заботу и тревогу обо мне. Чувствую себя особенной и любимой.

В конце концов, это Эйден. Он никогда не показывает другим эту сторону личности, даже своей семье.

Когда Леви и Астрид навещали меня вчера, то постоянно спрашивали, какое заклинание вуду я использую.

Все остальные тоже приходили. Нокс и Тил были у дверей палаты, когда я пришла в себя, а потом остались на ночь.

Сегодня они снова пришли с тремя всадниками и Ким.

Эйден притаился в углу, нарезая мне яблоко, его лицо выражает спокойствие. Однако тьма за этим фасадом исходит волнами. Я чувствую это, даже не глядя на него.

Я точно знаю, почему его демоны размышляют, не выйти ли поиграть.

Эйден – собственник, даже слишком. Он не очень-то рад видеть, как Ронан, Ксандер и Нокс сидят вокруг меня на кровати, смеясь и подшучивая над всякой чепухой.

Будь на то воля Эйдена, он вышвырнул бы всех – кроме Ким и Тил. И то еще подумал бы лишний раз насчет девочек.

Однако поскольку он знает, как я рада их обществу, то старается контролировать эту часть своей личности.

И пока справляется.

Я притворяюсь, что не замечаю этого, и слушаю, как Нокс рассказывает мне о последнем матче и его «героической» игре.

– Говорю тебе, Элли. – Нокс показывает на себя пальцем. – Я новый бомбардир «Элиты».

– Прости, чувак. – Ксандер ухмыляется, и на его щеках появляются очаровательные ямочки. – Это место уже занято мной.

– Да ну вас на фиг. – Ронан отпихивает их и берет меня за руку. – Знаешь, как я переживал, Элли? Всю неделю вечеринок не устраивал.

– Что-то вроде сделки с дьяволом, – бормочет Тил со своего места рядом с Коулом.

Они единственные спокойные люди здесь.

Сегодня на футболке Тил написано: «Я соглашусь с тобой, но тогда мы оба будем неправы».

Ронан не обращает на нее внимания и продолжает свою слишком театральную речь.

– Bah alors[15], Элли. Тебе нельзя болеть, когда мы планируем свадьбу.

– Хочешь с организатором познакомиться, Астор? – Мрачный тон Эйдена настигает нас, словно острые ножи.

Прикрываю рот рукой, чтобы скрыть улыбку.

Ронан задирает голову, словно глубоко задумавшись.

– Нет?

Он наклоняется и берет нас с Ким за руки.

– Нет, я серьезно. Я молился, чтобы ты выжила, а Кинг – нет, а еще чтобы у нас случился тот тройничок, о котором мы договорились.

– Я все слышал, – говорит Эйден поверх головы Ронана.

– Да убери уже свою руку наконец! – Легкомысленное настроение Ксандера испаряется, когда он смотрит на Ронана.

Ким заливается густым румянцем и выдергивает руку из хватки Ронана.

Эйден улыбается, но совсем не весело.

– Это вроде твоя рабочая рука, Ронан? Будет обидно, если она завтра почему-то выйдет из строя.

Ух ты. Эйден может быть не на шутку пугающим, если пожелает.

– Больной ублюдок, – скулит Ронан, выпуская мою руку.