Королевство иллюзий

Пока ведём беседу, помаленьку привыкаю к моему старичку любимому. Он одет в простую, тёмную рубашку, свободную, по типу той, что я видела на Тео и Джакопо, добротные широкие чёрные брюки с мягким поясом и лёгкие закрытые башмаки. На мне подобные, только поизящней, да и под цвет платья подобраны, светло-коричневые.

Первый шок проходит, вглядываюсь в знакомые, изменённые возрастом черты, привыкаю. Это же всё равно он! Я помню его в ужасном состоянии немыслимой худобы, измождённого, грязного, беспомощного в своей немоте и слабости, и понимаю, что люблю всякого. За маской старости узнаю своего Костика, такой он мне дорог не меньше.

Глава 17

Наша повозка выруливает на просёлочную дорогу, но возница мудро заворачивает Колетт к самой кромке леса,

— Нечего глаза мозолить, проедем тут.

— Ты хоть дорогу до столицы знаешь?

— Конечно, тем более, мы в Обероне пока что, я тут каждую тропинку знаю, не то что дорогу.

— Что значит Оберон? — он как-то сказал, что Абекур — обетованная земля, а что значит название его герцогства.

— Главное место, ну или первое место. Именно сюда Ноэле вывел людей. Оберон, как пуповина, связывающая нашу землю с остальным миром. Поэтому всегда под особой защитой. Каждый наследник престола, получает во владение Оберон и охраняет эту священную землю, это почётно и ответственно. Только после того, как докажет свою состоятельность на данном месте, может стать королём.

— А ты просрал, теперь короны не увидишь, как своих ушей! — режу правду-матку, и только потом задумываюсь, как это больно слышать любимому. Но он не сникает, напротив,

— Теперь понимаешь, как важно мне было вернуться сюда? Я сдохну, но докажу, что достоин Оберона! И не в короне дело! Дело в чести!

Он пугает своей решимостью, в которой нет места ничему, кроме борьбы за честь… Но он же мужчина, я понимаю его уязвлённую гордость, его чувства. В этом весь Костя — благородный герцог Оберонский…

Крытая повозка, прячет нас от полуденных лучей, мерное покачивание и лёгкий ветерок, клонят ко сну, но я же помню, что мой любимый теперь не такой добрый молодец, как раньше, предлагаю передать вожжи. Никогда не правила лошадью, но вроде бы это не так уж трудно, тем более, мы снова выехали на прямую дорогу среди леса, сворачивать некуда.

— Отдыхай, — слишком добр ко мне и заботлив, — я пока не устал…

А ведь мне достался клад! Не в смысле того, что богатый наследник, а в самом, что ни на есть главном! Костя, сколько бы ему ни было лет, как бы трудно не становилось, всегда будет заботится обо мне первой, а потом уже вспомнит себя, словно я и впрямь его богиня…

* * *Просыпаюсь, от шума, конского ржания, смеха, громких голосов,

— Вот, как раз и постоялый двор, — поясняет любимый. Оглядываюсь, солнышко одаряет последними косыми лучами, опускаясь за крыши домов.