Красный, белый и королевский синий

– Эй, у тебя странный голос, – замечает он. – Ты в порядке?

Генри запинается и прокашливается.

– Я в норме.

Алекс не произносит ни слова, позволив тишине вытянуться между ними в тонкую нить, прежде чем ее оборвать."

"– Знаешь, это вот соглашение между нами… ты ведь можешь делиться со мной всяким. Я же делаю это время от времени. Политика, учеба, дурацкие семейные проблемы… Я понимаю, что я… ну, совсем не образцовый собеседник, но… Ты понял.

Еще одна пауза.

– Я не… очень хорош в беседах, – отвечает Генри.

– Ну а я не был хорош в минетах, но все мы учимся и растем, милый.

– Не был?

– ЭЙ! – обижается Алекс. – Хочешь сказать, что все по-прежнему так плохо?

– Нет-нет, даже не думал, – отвечает принц, и Алекс чувствует, как тот улыбается на другом конце телефона. – Правда, первый раз был… Ну, ладно. По крайней мере, ты старался.

– Не помню, чтобы ты жаловался.

– О’кей, ладно, я мечтал об этом всю жизнь.

– Видишь? – замечает Алекс. – Ты только что поделился этим, можешь рассказать и об остальном.

– Едва ли это то же самое.

Алекс перекатывается на живот, задумывается и очень четко произносит:

– Малыш.

Это их фишка. Малыш. Пару раз Алекс случайно ронял это слово, и каждый раз Генри тут же таял, а Алекс притворялся, что не заметил этого. Но кто говорит, что они здесь играют честно?

На том конце линии раздается медленный вздох – словно воздух выходит из трещины в окне.

– Просто… Это не самый лучший момент, – отвечает Генри. – Как ты там сказал? Дурацкие семейные проблемы?

Алекс поджимает губы, покусывая щеку изнутри. Вот оно. Он давно задумывался, когда Генри начнет рассказывать о своей семье. Он вскользь упоминает о том, что Филипп заводится так сильно, что становится похожим на квантовые часы, о недовольстве бабки, да и о Би рассказывает не реже, чем сам Алекс – о Джун, но Алекс понимает, что за всем этим кроется что-то гораздо большее. Он не знает, когда начал обращать на это внимание, – так же, как и когда он стал отмечать перемены в настроении Генри.

– О, – отзывается он. – Понимаю.

– Видимо, ты нечасто читаешь британские газеты?

– Еще этого не хватало.

Генри издает горький смешок.

– Что ж, Daily Mail всегда нравилось копаться в нашем грязном белье. Они… эм. Пару лет назад они дали прозвище моей сестре. Кокаиновая принцесса.

Что-то знакомое.

– Это из-за…

– Да, из-за кокаина, Алекс.

– Ладно, об этом я слышал.

Генри вздыхает.

– В общем, кому-то удалось миновать охрану и написать баллончиком на ее машине «Кокаиновая принцесса».

– Твою мать, – ругается Алекс. – И она переживает из-за этого?

– Беатрис? – смеется Генри, в этот раз более искренне. – Нет, обычно она не обращает внимания на такие вещи. Она в порядке. Гораздо больше все переживают из-за того, что кто-то прошмыгнул мимо охраны.