Красный, белый и королевский синий

Потому что теперь она боялась: боялась, что однажды копье пронзит и сердце принца.

Вот так принц и носил эти доспехи много лет, веря, что поступает правильно.

До тех пор, пока он не встретил самого невероятного и обворожительного крестьянского паренька из ближайшей деревни, кто говорил ему абсолютно жуткие вещи, которые заставили его почувствовать себя живым в первый раз за долгие годы. Он оказался самым опасным магом – тем, что умел наколдовывать золото, шоты с водкой и корзиночки с абрикосом из ниоткуда. И вся жизнь принца превратилась в сплошное облако из фиолетового тумана, и все королевство сказало: «Невероятно, мы так поражены».

Я за выходные на озере. Должен признать, я рад, что ты выберешься из дома. Меня мучают опасения, что ты сожжешь там все дотла. Это значит, что я познакомлюсь с твоим отцом?

Скучаю по тебе. х

Генри

P.S. Это унизительно и жалко, и, честно говоря, я надеюсь, что ты забудешь об этом сразу же, как прочтешь.

P.P.S. От Генри Джеймса к Хендрику К. Андерсену, 1899:"

"«Да не станут в твоих глазах США бесчеловечным чудовищем. Я чувствую уверенность в тебе, мой дорогой мальчик, показать которую мне только в радость. Мои надежды, желания и симпатии сердечно и непоколебимо стремятся к тебе. Поэтому крепись духом и поведай мне свою американскую историю такой, как она есть (разумеется, как я полагаю, более или менее странную). Как бы то ни было, да будут tutta quella gente[28] добры к тебе».

– Не смей, – говорит Нора, откидываясь на пассажирское сиденье. – Есть правила, и ты должен их уважать.

– А я не верю в правила, когда я на отдыхе, – возражает Джун, согнувшись пополам над Алексом, и пытается отбросить руку Норы.

– Это простейшая математика, – отвечает Нора.

– У математики здесь нет власти.

– Математика вездесуща, Джун.

– Слезь с меня, – просит Алекс, спихнув Джун со своего плеча.

– Ты должен был поддержать меня в этом! – взвизгивает она, потянув его за волосы и получив очень неприглядное выражение лица в ответ.

– Я покажу тебе одну из своих грудей, – говорит ему Нора. – Самую симпатичную.

– Они обе хороши, – внезапно отвлекается Джун.

– Я видел обе. Я практически вижу их и сейчас, – говорит Алекс, жестом указывая на то, во что одета Нора – потрепанный комбинезон с короткими шортами и весьма легкомысленный топ, больше смахивавший на лифчик.

– Хэштег «соски на каникулах», – острит она. – Ну пожа-а-а-айлуста.

Алекс вздыхает.

– Прости, Жучок, но Нора загрузила гораздо больше музыки, поэтому кабель достается ей.

С заднего сиденья раздается смесь из звуков отвращения и триумфа, и Нора подключает свой телефон, клятвенно обещая, что разработала что-то вроде безопасного алгоритма для идеального дорожного плейлиста.