Королевский сорняк

Посмотри, мол, от чего отказалась!

Все это было само по себе нестрашно и неопасно, и даже немного забавно, но Тоне страшно не нравилось, что Кирилл продолжал ею руководить из своего укрытия. Она ведь ему сказала недвусмысленно: мы расстаемся!

Надо ли это все понимать так, что Кирилл не собирается с ней расставаться?

…Легкая слабость, оставшаяся после массажа, заставила ее, едва раздевшись, упасть на раскладушку. Тоня вспомнила о широченной кровати и шелковых простынях… По правде говоря, это было лучше… Тогда все было лучше… И ничего от этого «лучше» не осталось, все рассыпалось в прах…

Тоня перевернулась на живот, уткнулась носом в подушку и приготовилась заплакать.

Но первые же слезинки высохли, как только кожа ее щеки ощутила гладкость бумажного листа, лежавшего на подушке. Она его не заметила, падая на раскладушку, но сейчас вытащила его из-под щеки.

Это была записка от Кирилла.

Тоне стало смешно и неприятно одновременно. В этом было что-то эгоистически детское; в этом было что-то патологически навязчивое… Она толком так и не решила, как ей относиться к выходке Кирилла. Он не хотел с ней расставаться, и это, против всех трезвых соображений, радовало Тоню. Она любила его, она все еще любила его… И ее тело, разогретое эротическим массажем, звало его. Каким бы странным ни оказался Кирилл, как бы ее ни мучили тайны и загадки, но он был самым лучшим, самым драгоценным событием всей Тониной жизни…

И потом, он единственный, кто ее опекал, кто ею занимался… Пусть его выходки детские, глупо-обиженные, но Тоня ему небезразлична…

Ну вот, теперь можно и всплакнуть! И Тоня предалась этому занятию немедленно.

…Нужная квартира никак не находилась. То было слишком дорого, то слишком далеко, то без телефона, то без мебели… Агент по недвижимости говорил, что на рынке сейчас застой, что надо подождать… Тоня ждала. Тем более что из квартиры Кирилла ее никто не гнал. Сам он по-прежнему не появлялся.

Однако Тоня не могла отделаться от мысли, что Кирилл где-то рядом, наблюдает за ней. Что он еще затевает? Как даст о себе знать?

Она оглядывалась по сторонам, когда шла на работу и с работы. Несколько раз ей казалось, что в отдаленной фигуре она узнает силуэт Кирилла, и пыталась приблизиться к нему… Но либо человек исчезал раньше, либо оказывался не Кириллом.

Раза три она попыталась позвонить ему - не удержалась. Не представляя, зачем звонит и что скажет, - все же набирала его номер. Но мобильный был глух. «Абонент временно недоступен», - регулярно сообщали ей.

Что ж, тем лучше! Даже если она и скучала по нему, в чем неохотно себе иногда признавалась, - но этот неожиданно случившийся тайм-аут был ей весьма кстати. Она слишком устала, перенервничала за последние месяцы.