Королевский сорняк

- Я тебя подсажу! Перелезешь?

Тоня смерила глазами высоту.

- Не перелезу. И ты тоже.

- Но ведь это же ОН, Тоня, ты понимаешь???

- Прекрати истерику, - прикрикнула она. - Надо думать, а не психовать!

Они развернулись от ворот и увидели, что Писатель стоит на крыльце, улыбаясь насмешливо и довольно. Однако, поскольку он явно не намеревался двинуться с места, - а если и двинется, то Кирилл с ним справится! - Тоня тихо произнесла:

- Одно из двух: либо искать второй выход, если он есть, - либо ты должен дать ему в зубы и отключить блокировку ворот и калитки.

Писатель спокойно смотрел на них с прежней улыбкой.

- Ну? - прошептала Тоня. - Решайся, Кирилл!

- Лучше в зубы. Чем терять время на поиски другого выхода, которого, может, вовсе и нет.

- Тогда вперед, - скомандовала Тоня.

И Кирилл двинулся в направлении крыльца.

Однако раньше, чем он его достиг, - и его приближение нисколько не омрачило улыбку Писателя, - из-за дома вышел бородатый человек. По виду работяга - садовник или сторож. Он был мощным и плечистым, что сразу пресекало все мысли о «дать в зубы». Но самая большая неприятность заключалась в том, что в руках он держал собачий поводок. А на другом его конце послушно трусил коренастый питбуль в наморднике.

Кирилл замер на полпути.

Садовник - или кто он там - тоже остановился посреди двора. Ровнехонько между Тоней и Кириллом.

Никто не проронил ни слова. Все наблюдали друг за другом.

Садовник наклонился и стянул намордник с питбуля. Теперь ему оставалось только спустить собаку с поводка.

Немая сцена длилась еще несколько мгновений. Кирилл обернулся на Тоню. И она увидела в его глазах страх. Такой же страх, что испытывала сама.

- Пожалуйте в дом, господа, - ласково произнес Писатель. - В креслах все лучше беседовать, чем на улице, не так ли? К тому же дождик начинает накрапывать, - и он первым повернулся к ним спиной и исчез в доме. Питбуль напрягся на поводке. «Садовник» молчал.

- По-моему, у нас нет выбора, - произнесла Тоня. - Пойдем в дом, Кирилл.

И они двинулись к крыльцу, взявшись за руки. Садовник, - то есть Гера, как уже знала Тоня, - последовал с питбулем за ними и встал у двери.

- Присаживайтесь, - сделал гостеприимный жест Писатель, указывая на кресла. - Ты любишь «Порто», Тоня, я знаю. А ты бы что предпочел, Кирилл? Виски?

Никто ему не ответил, что не помешало Писателю наполнить невысокий бокал для Тони и треть широкого хрустального стакана для Кирилла.

- Пейте, детки. Я сейчас.

Он подошел к Гере и что-то очень тихо ему сказал. Тот кивнул и, наказав собаке «сидеть», вышел. Пес замер, как изваяние.

- Гера сейчас для вас спальное место устроит. Время для сна еще раннее, но я устал. Мне нужно побыть в одиночестве, отдохнуть, поразмыслить… В общих чертах мне уже все ясно, но детали я пока не прописал.