Королевская кровь. Книга 7

До конца жизни не будет вернее у тебя людей.

И опять Седрик склонил голову.

– Да, отец.

* * *Взметнулось пламя костра – то во дворе огромного дворца в Лонкарре жарили мясо, встречая высоких гостей. Полетели искры – и среди них одна, живая, маленькая. Высоко взлетела, все видно с небес, все слышно.

Владыка владык, Терии Вайлертин, устроил пир, чествуя посольство из Рудлога, и юный Седрик, сидя за столом по правую руку от огромного красноволосого дракона, пил вино и посматривал на окружающую роскошь.

Были здесь и Владыки других городов, и прекрасные драконицы, смелые, не склоняющие голов, – в отличие от женщин Рудлога, – и видели они силу сына Красного, и взгляды их горячили кровь.

Жарко было этой ночью в Песках, и вовсю били фонтаны, и ворочалась на горизонте далекая гроза, и пахло зеленью и близким морем. Прекрасны и свежи были Пески, и сердце королевского сына, привыкшего к битвам и стали, смягчалось – не мог он не любоваться окружающим великолепием.

Обилен и шумен был пир – и вели Седрик и Терии неспешные разговоры, как равный с равным, и благосклонно слушали они песни сладкоголосого барда Мири, и с азартом наблюдали, как решили гвардейцы и драконы померяться силой, испытать друг друга в поединках.

Сильны были пришедшие из Рудлога – но не уступали им и драконьи бойцы. А в конце встал из-за стола высокий дракон-воин, перебросил красную косу через плечо и крикнул:

- А кто против меня осмелится встать? Кого поучить сейчас, на славном пиру?

Замолчали и люди, и драконы. Слава Четери, Мастера Клинков, гремела по всей Туре, и не было бесчестьем проиграть ему – ибо никто до сих пор не мог его победить.

Один за другим стали выступать вперед воины из рудложьей гвардии – и драконы тоже кланялись, просили дать им бой. И под короткий мотивчик, наигрываемый Мири, великий Мастер, быстрый, как молния, и такой же смертоносный, сразился с каждым – и никто не продержался против него до окончания мелодии. Кроме Нории Валлерудиана.

Искорка в небе задрожала, спустилась вниз звездочкой, засияла радостью и тоской.

Такой же, как сейчас, только в зеленых глазах нет смертной печали, воспоминаний о боли. Такой же – но выглядящий куда младше, беззаботнее и веселее, хотя чувствовались от него и знакомые прохладные волны силы и виднелась в глазах мудрость.

– Мой сын, – с затаенной гордостью сказал Терии Седрику. – Владыка Истаила. Он и его брат будут сопровождать тебя по Пескам. Придет время, и он станет Владыкой владык, и как вам нужно узнать нас, так и ему будет полезно узнать вас за время твоего пребывания здесь.

Славным был этот поединок, но и Нории упал, обливаясь кровью – и со смехом помог ему подняться Мастер клинков, похлопал по плечу.