Королевская кровь. Книга 8

И были в этом сне и огромные пауки, и высокие деревья, похожие то ли на папоротник, то ли на бамбук, и странные птицы, и определенно не его, Ситникова, а девичьи грязные руки, собирающие грибы. Будто он ненароком выхватил кусочек чужих воспоминаний - такое было ощущение.

Все выходные он пытался дозвониться до Алины и мрачнел все больше. Из-за усиливающегося чувства тревоги. Из-за снова повторившегося короткого сна - он прекрасно помнил рассказы принцессы про огромных пауков и странные леса в ее кошмарах и гадал - то ли он сходит с ума или так впечатлился ее историей, то ли сейчас он действительно из-за их связи видит то, что видит она. Получается, Алина до сих пор спит? Или как?

Ситников окончательно перестал что-либо понимать. В понедельник он снова ушел в Тафию - попросить Четери о разговоре. Мастер выслушал его без насмешки, кивнул.

- У моего ученика Лаураса кровная связь проявлялась так же, даже ещё сильнее. Он всегда чувствовал, когда Седрик был в опасности, ощущал направление, в котором нужно двигаться, чтобы попасть к нему, изредка видел фрагменты того, что видит сейчас его король. Ты все правильно понял, Матвей.

Они сидели на резной скамье перед плещущим фонтаном, под теплым и ласковым дождем, омывающим лазурную плитку двора, и Ситников, вздохнув, признался:

- Мне тяжело из-за этого. Сейчас я понимаю, что моё состояние противоестественно. Будто я собака на привязи. Я не ощущаю, где я, а где инстинкт.

- Я обещал, что научу тебя потом, как снять привязку, - напомнил Владыка, любуясь прячущимися под соседней скамьей пестрыми пташками.

- Это потом, - вторил ему Матвей угрюмо, вытирая капли дождя с лица. - А сейчас мне все-таки нужно разобраться с ее исчезновением, Четери. Вдруг я нужен? Я пойду. Зайду к матери и снова обратно.

Он тяжело поднялся, пошел в сторону дворца.

- Ты все правильно решил, молодой Лаурас, - сказал Четери ему в спину. - Не сомневайся.

Ситников чуть приостановил шаг, кивнул и пошел дальше.

В ночь на вторник ему снова снились обрывки чужих видений. Люди в странной кожаной одежде и гигантские стрекозы. Бег по ночному лесу. Мужчина с черными крыльями. Эхо голоса Алины - «профессор Тротт?». Опять очень коротко, буквально несколькими кадрами - и все это сопровождаемое острым чувством страха, тревоги, тоски.

А во вторник после обеда ему позвонил ректор Свидерский."

"- Ситников, - проговорил Александр Данилович в трубку, - я видел записку с вашим номером телефона еще в четверг, и Наталья Максимовна заверила меня, что у вас необычайной важности вопрос. К сожалению, из-за происшествия на экзамене первого курса я не успел с вами связаться. Сейчас у меня появилось немного времени. У вас действительно что-то сверхважное?

- Да, - Матвей выдохнул. - Это связано с Алиной, Александр Данилович. И с лордом Троттом.