Королевская кровь 11. Чужие боги

Через несколько минут на склоне неподалеку от пирующего змея возник крошечный смерч. Он закрутился с тихим шуршанием, и Таммингтон напряженно вытянулся в струну, собираясь улететь. Но смерч не двигался с места – просто крутился, просто шуршал. На снегу оставалось с полсотни раздавленных животных – и змей, то и дело вздергивая голову, продолжил есть.

К первому смерчу присоединился второй, медленно, очень медленно поднявшись из снега недалеко от морды лорда Роберта. Тот снова насторожился, отступил – но смерч подхватил одну из бараньих туш и подкинул в сторону змея.

Тот удивленно зашипел, но добычу подхватил, заглотил. И тронул смерч лапой, удивленно заклекотал, когда тот обвился вокруг, проскользил вверх, щекоча.

Змей прыгнул, азартно схватил его зубами – и разочарованно рявкнул, когда вихрь исчез.

Появился третий смерч, четвертый, пятый – и Таммингтон наконец перестал дергаться от их появления. Люк напряженно двигал лапами и хвостом, а Нории рядом уважительно кивал, наблюдая за братом по стихии, и подтягивал сети. Вихри подхватывали бараньи туши и то подносили прямо к змеиному клюву, то перебрасывались ими, чуть ли не жонглируя. Скоро на склоне крутилось штук пятнадцать смерчей – часть из них подхватили оставшиеся бараньи туши, часть щекотали змея, который радостно прыгал и клацал зубасто-клювастой пастью, как щенок."

"Люк сунул Таммингтону под нос смерч с тушей и, когда тот потянулся к ней, отпрянул, перекинул ее на следующий смерч, затем уже две – на еще один. Младой змей, окончательно став похожим на щенка, скакал за ними, поднимая веером снежную пыль, как за косточкой, и Люку почти стало стыдно от своего коварства – это было как ребенка обмануть. Стало бы, если бы он не гонялся за этим ребенком уже несколько часов.

Хвостатый лорд Роберт поймал очередную тушу, с восторгом покрутил лапой смерч – и тут его пришпилило к склону десятком сетей, успевших под прикрытием снежной пыли подобраться ближе. Он задергался, отчаянно зашипел-заплакал, рванул сети когтями раз, два – еще немного, и разорвет, – но тут подоспел Люк.

«Таммисс, – пытался он дозваться, как всегда от раздражения мысленно сбиваясь на шипение. Люк вцепился клювом в загривок соплеменника, обвил его, удерживая лапами: сети порвались, не выдержав, и они вдвоем покатились вниз по склону, – это я, Дармоншир! Вс-с-споминай свое имя! Как тебя зовут? Как зовут?!!»

И тут в лорде Роберте проснулась агрессия.

«Уничтожжшшшить, – это было первое слово, которое он произнес в змеином обличье. – Злойссс! С-с-соперник!»

А затем он извернулся и вспорол бок Люка когтями.

Дармоншир мученически поднял глаза к небу и сильнее вцепился Таммингтону в загривок.