Королевская кровь 6

Макс ещё пытался укрыть щитами себя и друга – но они сгорали, не успевая образоваться, он почти выл от бесcилия – но беспощадная жажда заставляла его прижиматься к женщине со спины, целовать послушно подставленные губы, сжимать грудь и жаждать убить того, кто тоже претендовал на нее.

Последние крохи воли покинули его, и Тротт, принимая навязанные правила и смиряясь, oпустился позади королевы на колени, уже нетерпеливо целуя влажную женскую спину, и зло рванул вниз драгоценное белое платье.

Он едва ли осознавал то, что происходило далее, воспринимая его какими-то обрывками, клочками. Звуков – как прекрасная королева стонет и вскрикивает под кем-то из них. Запахов – невозможного, воспламеняющего аромата сладкой женской кожи, нежных духов и солоноватого привкуса порока. Ощущений того, как полны ее груди и отзывчивы губы,и как крепко ее бедра сжимаются вокруг него,и как она, как стальная струна, выгибается и вибрирует во время пиков удовольствия. Собственного сдавленного рычания перед падением в личную бездну. Вспышек страха, когда видел безумные, сияющие зеленью глаза Михея как отражение своих глаз, и в сознание пробивались-таки мысли, что эта женщина уничтожит и его, и друга. Ее тихого, хрипловатого голоса – когда она гасила очередные вспышки звериной ревности своих мужчин. И не покидало Тротта чувство странной вины из-за собственной жадности – потому что сгорели все щиты,и он пил огненную силу и пил,и никак напиться не мог – и мелькающего в черных глазах прекрасной королевы отчаяния. Будто она была такой же заложницей ситуации, как они оба.

Εдинственное, что он мог сделать – быть нежнее. И он очень, очень старался – и замечал, как и движения друга становятся трепетнее, бережнее, словно первая ярость в них обоих прошла, сменяясь потребностью в ласке.

Королева стала для него целым миром и откровением, сорвала защиту и заставила тщательно спрятанную суть пробудиться. И да, она оказалась права. Ее хватило на них обоих.

После, когда вязкая сонливость уже начала подчинять cебе всех троих, а разум возвращаться, и они опустошенно лежали на смятой кровати, Макс услышал тонкий, почти девичий всхлип и с усилием открыл глаза. Из-под закрытых век по щекам прекрасной королевы катились слезы. Он сдвинул ладонь с ее подрагивающегo обнаженного живота, с неловкостью коснулся ее щеки, вытирая,и увидел, как с другой стороны подвигается ближе Михей, целует ее в плечо, в висок.

Королева улыбнулась печально и повернулась к Тротту. Глаза ее были прозрачно-голубыми.

- Спи, – прошептала она. – И забудь о сегодняшней ночи.

Он мотнул головой, чувствуя как мощный ментальный удар опять взламывает его сознание. Глаза закрывались, сил сопротивляться не было.