Королевская кровь 6

Демьян смотрел спокойно,так же спокойно попросил принести старику выпить.

- Не надо, - буркнул Тайкахе, - у меня свое есть. Для дела приготовил. Крепка ли твоя армия, медвежий сын?

- Да, - коротко ответил Демьян, подцепляя вилкoй кусок красной рыбы.

- Прикажи подвести солдат к Северным горам, – чавкая и вытираясь рукавом, прогундосил старик. - Чудовища оттуда пойдут. Что муравьи,только огромные. Чужие нашему миру. Будь готов.

- Скоро пойдут? – спокойно спросил Бермонт. Глаза его стали внимательными, строгими.

- Того мне не показали, – развел руками Тайкахе. – Снег на горах лежал, так он и летом лежит. Но тут, сам понимаешь, лучше поспешить.

- Да, - задумчиво подтвердил король. – Много их было, Тайкахе?

- Не счесть, – с горечью ответил шаман. - Не то сотни, не то тысячи, медвежий сын. Страшно. Много достойных поляҗет.

- Мы будем готовы, - твердo пообещал-рыкнул Демьян.

Ужин закончился, старик поднялся из-за стола. Встал и король – повел шамана во внутренний двор.

Медведица лежала недалеко от пруда, отдыхала - и прямо лоснилась от сытости. Подняла голову с лап, недовольно рявкнула, когда к ее убежищу у корней широкого дерева подошли люди.

- А ну тихо! – шаман склонился, неожиданно ловко ухватил ее за морду, всмотрелся. Демьян остался невозмутимым. Мохнатая королева угрожающе заурчала, перебирая лапами – но глаза ее становились все более сонными, пока не сомкнулись. И тут Тайкахе открыл ей пасть, поразглядывал десны, пощупал лапы, живот, поводил над ней рукой.

- Хорошо окрепла, – сказал он довольно. – Вот что, медвежий сын. Буду я сейчас костер жечь, песни петь, духов к ритуалу готовить. Не нужно лишних глаз, помешают. Запрети всем подходить к окнам, а то ослепнут. И позови ее родных. Мне нужна их кровь. Встанет луна – начнем. И тут уже как судьба повернет, откликнется или нет. И еще. Покажи-ка мне тут здоровую сосенку. Не старую, крепкую, с сильными кoрнями. Чую, что пригодится.

Замок Бермонт затихал, готовясь к ночной ворожбе. Демьян, по требованию Тайкахе, распорядился снять погодный купол,и зимняя ясная ночь с любопытством заглядывала в зеленый двор, удивляясь траве и пышным кронам деревьев. Хиль Свенсен выставлял гвардию у всех окон и выходов во внутренний двор, расторопные слуги завешивали их плотной тканью, закрывали шторами – чтобы и стражу не вводить в искушение. Подполкoвник, порыкивая, пообещал лично загрызть того, кто посмеет хотя бы повернуться к окну.

- Не дурни мы, уж простите за дерзость, господин подполковник, – буркнул ему один из гвардейцев. – Да тут каждый готов сердце отдать, чтобы молодая королева вернулась.

Ему вторили, хмуро кивая,и берманские,и рудложские гвардейцы.

- Эт-то хорpошо, что не дуррни! – прорычал Свенсен, показывая острые зубы. Волновался он очень.