Королевская кровь 10. Стальные небеса

 — Слово, данное в неволе, ничего не стоит, разлетятся — и ищи их потом, а еще и пакостничать начнут. Повесил на яблоню и так и оставил.

— Хорошая сказка, — улыбнулась Света.

— Это не сказка, — покачал головой наследник. — Сейчас земля в той степи так разошлась, что образовалось в ней длинное озеро. А у озера есть яблоневый лес. Посреди леса растет старая-старая яблоня, на ветках которой висят тридцать два запечатанных кувшина. И до сих пор в них шуршат, стучат и просят отпустить их духи. Я там сам был.

— Тридцать два? — уточнила Света. — А зачем же Чету сорок кувшинов молока нужно было?

— Кочевники его тоже об этом спросили, — усмехнулся Вей Ши. — А он ответил: "Голодным я очень был, люди. А вы мне ни поспать, ни пожрать не дали, сразу пришлось вас спасать".

Светлана смеялась так, что из дверей стали выглядывать слуги.

— Ты обязательно приходи завтра, — попросила она его на прощание, вытирая слезы от смеха. — Расскажешь мне еще историю про Чета?

— Расскажу, — буркнул Вей Ши с неловкостью: роль сказочника ему была непривычна. Подхватил корзину и ушел.

Снаружи, у стены он задержался, разглядывая из-за спин зевак и пришедших попытать счастья клинки учителя. Рукоятки мерцали голубоватым светом, освещая кривоватую, явно сделанную наспех надпись над ними:

"Кто из стены достать оружие это сможет, того возьму я, Мастер Четери, к себе в ученичество".

Удивительно, как быстро даже в отсутствие телефонной и магической связи новости облетели Тафию и окрестные земли. Теперь круглые сутки у ворот толпились люди — кто-то пробовал свои силы, кто-то наблюдал и подбадривал. Почти все — мужчины, от мальчиков до стариков. Но заметил Вей Ши и рослую смуглую девушку в мужской одежде, попробовавшую вытащить оружие. На удивление, мужчины вокруг не насмешничали, а по шепоткам понятно стало, что это дочь кузнеца, которую отец за неимением сыновей научил своему делу. Но и ей не поддались клинки, и она долго стояла рядом с Веем, печально наблюдая за теми, кто пытался после нее.

Внутри поднялось желание все-таки попробовать самому — но наследник поспешно отступил и почти бегом направился к храму.

Так неделю после ухода Мастера он заходил к его жене, развлекал ее историями и оставлял улыбающейся. Этот долг он исполнял с усердием, как и заботился о феби Амфате. Но оставался еще один долг — перед девочкой Рудлог. Стоило навестить ее, поучить… уже девять дней прошло с момента открытия ее дара и переезда в Йеллоувинь, и нужно было исполнять слово, данное деду.

Который по-прежнему молчал и закрывался от Вея, как и отец.

Уже вечером, закрывая глаза на циновке в келье, Вей Ши признался себе, что не пошел бы в сон к маленькой трещотке, если бы не следовало узнать, что происходит в императорском дворце.