Королевская кровь 10. Стальные небеса

В этот же день его нашли спящим на голой земле без единой царапины на теле. Но лес вокруг был обледеневшим, и земля промерзла так, что несколько лет на том месте не оттаивала. Вы, красные, умеете питаться от огня. Думается мне, при сильной потере крови, в тяжелых состояниях, вы можете стихию свою инстинктивно тянуть из окружающего пространства.

— Но я уже бывала ранена, — проговорила я неуверенно, еле разлепив глаза, — и у моих сестер бывали критические состояния… например, у Полины, ты же знаешь? Моей сестре Василине пришлось помучиться, чтобы научиться питаться от огня. А как получилось у меня?

— Знаю, — подтвердил он понимающе. — Видимо, дело в чрезмерной потере крови, сестра. И, верно, эта ваша способность не сразу срабатывает — и у тебя, и у Седрика подпитка произошла на третий день после ранений.

— Еще одна семейная тайна, — пробормотала я, окончательно уплывая в сон от сытости и тепла. Тело кренилось вбок. Вокруг шуршали люди, звучали голоса, кто-то поднял меня со стула, куда-то понес.

— Если барон появится, сразу меня будите, — упорно шептала я. — И откройте окна, окна…

Ответа я уже не услышала — растянулась на кровати, прижалась губами к браслету Люка, и провалилась в сон.

Семнадцатое апреля, Дармоншир, Марина

Я открыла глаза оттого, что кто-то легко коснулся моего плеча. Сердце пропустило удар.

— Марина, — голосом Мартина позвала склонившаяся над кроватью темная фигура.

Я выдохнула, зажмурясь, и протянула руку к ночнику, чтобы включить его. А когда вновь открыла глаза, мой друг все еще стоял у постели. И я неверяще и жалко улыбалась, глядя на него, одетого в военную форму, похудевшего, потемневшего, обветренного, со щетиной, в которой появились седые волоски. Напряжение, в котором я пребывала даже во сне, отпустило так резко, что голова закружилась. Он все-таки пришел. Он меня не бросил.

— Я так изменился, что у тебя отнялся дар речи? — уточнил Мартин в своей шутливой манере. Я, всхлипнув, путаясь в одеяле, в полах сорочки, сползла с постели и крепко-крепко обняла его. Слова все не шли, и получалось что-то истерически-бессвязное:

— Ты пришел, пришел… А я… как я тебя ждала, Март. Как я рада. Боги, как я рада.

— Я тоже рад, госпожа герцогиня, — сказал он торжественно, — давненько ты не заливала слезами мои рубашки. А уж Вики, которая смотрит на наши обнимашки, наверняка сейчас счастливее нас обоих. Да, Вики?

Я осторожно повернула голову. В пяти шагах от нас стояла коротко стриженная Виктория, тоже одетая в военную форму — комбинезон черного цвета, — и невозмутимо взирала на то, как я вцепилась в ее мужа.

— Вы пришли вдвоем, — озвучила я очевидное и, потерев лоб, уселась обратно на кровать. Растерянно накинула пеньюар. — Боги… спасибо. Это еще лучше.